ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В глубокой пещере фантазий, где запретные желания не знают границ, живет главная героиня этой книги. Она тихо рычит от раздражения, но когда ласковая рука приближается к ее тайной зоне, волна страстного возбуждения обрушивается на несчастную даму, заставляя забыть о своих глупых мыслях.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И я снова завис на тебе,

От стрелы Амура не укрылся,

Я писал опять стихи при луне -

Навсегда. Беспросветно. Влюбился.

Пробежался глазами по строчкам, вздохнул тяжело, а потом сложил исписанный лист, сунул его в конверт и вышел из гостиницы.

Завтра Арине будет письмо.

Ну, а как еще мне до нее достучаться?

Глава 49

POV Стас

На телефон наяривает Толмацкий, грозится затаскать меня по судам за отлынивания с рабочего места и уклонения от выполнения условий нашего контракта. А мне как бы до звезды! Ну не могу я сейчас все бросить и в Москву рвануть, тем более что на календаре уже август!

И через три дня у нас с Ариной будет День рождения. Как я ее одну в такой день оставлю?

Александр Дмитрич мне сам потом этого никогда не простит. Хотя, это я высоко задрал. Только начальство пронюхает куда я побежал, сверкая пятками, и мне в пору с жизнью прощаться. Ну или с причиндалами.

Эх…

Так что, я просто шлю мысленно Толмацкого на все известные мне детородные органы, а по факту даю знать, что могу работать только удаленно. Все.

Как итог меня нашпиговывают заданиями под завязку так, что голова пухнет. И я бы был не против, да только мысли сейчас у меня лишь об одном – что подарить своей обиженной девочке?

В итоге, перелопатив не один сайт на безграничных просторах интернета, я нахожу, то, что мне кажется действительно уместным в данной ситуации. Оформляю заказ особо не раздумывая, а потом звоню знакомому ювелиру и заказываю к основному подарку еще один дополнительный.

И только тогда с облегчением выдыхаю. Правда ненадолго, потому что уже в следующее мгновение вздрагиваю от входящего звонка.

Ветров. Как же он меня задрал! Звонил почти так же часто, как и Толмацкий. Но если папаня Арины требовал от меня работать, то Ромарио Великолепный жаждал безграничного веселья. Неугомонное существо.

Пришлось взять трубку, а то бы до конца дней своих этот белобрысый хлыщ на меня обиду затаил.

– Ты как надоедливая бывшая! Спасу от тебя нет, – принял я входящий.

– Вот это сейчас обидно было, – пробубнил в трубку Рома.

– Что хотел?

– В задницу тебя послать! – зарычал Ветров.

– Нет необходимости, я уже там, – устало выдохнул я.

– Погоди-ка. Если ты в заднице, то кто тогда будет с нами отмечать день, когда ты, хрен неблагодарный, появился на свет? А это, на минуточку, уже в эти выходные!

– Конь в пальто, Ромашка, – заунывно выдал я и устало потер лицо ладонью."

"– Агата и Яська торт заказали, шарики там всякие, фонарики тоже. Из берлоги моей черте что устроили, – словно бы между делом проинформировал меня Ветров.

– Мне сейчас до полного счастья только фонариков не хватало, – и под конец фразы я все-таки не сдержался и громко, смачно выматерился.

– Понял тебя, Гордеев, больше не пристаю.