— На записях и еще в Ленинград ездил по делам пару месяцев, — уверенно отвечаю я, чтобы показать, что в теме торговли разбираюсь.
Девушки уходят посовещаться и вскоре говорят мне подойти к закрытию магазина.
— Есть у нас один знакомый, который хочет продать такие кроссовки, синего цвета с желтой подошвой за восемьдесят рублей. Мы проводим тебя к нему после работы, — негромко предлагает мне Света, и я молча киваю.
Потом все же говорю:
— А можно две пары? Еще и моему приятелю. Если, конечно, найдется.
— Посмотрим. Какие размеры?
— Мне сорок второй и ему сорок третий, — говорю я и ухожу, пока девчонки не передумали со мной дело иметь, тем более, к ним подошел покупатель.
У меня пока размер сорок первый, однако, кроссовки эти славятся своей неубиваемостью, так что, возьму на вырост.
Наверняка, сами девушки припасли такие кроссовки, только, побаиваются еще меня, да и стесняются заражать те же двести рублей за пару, как матерые спекулянты делают на той же Ульянке.
Восемьдесят рублей — это реально по знакомству, могу папке подогнать своему. Или Стасу тому же за сто пятьдесят продать или Жеке. Да и просто кому угодно, хорошо, что девчонки из обувного еще не совсем потеряли совесть.
Зато, я уже давно ее не то, чтобы потерял, еще в прошлой жизни, просто понимаю, что спрос и предложение должны соответствовать друг другу. Если можно продать вещь за сто пятьдесят рублей, нет смысла продавать ее за сто двадцать. Продавать всем, кроме своих родных и приятелей, стану по той цене, которую могу получить по максимуму.
Хотя, везде можно сделать исключение и просто подарить человеку необходимую ему вещь даже бесплатно.
Иногда — это возможно! И приятно ощутить себя человеком, не зацикленным на деньгах и прибыли.
В итоге, после работы я встретил девушек около магазина в семь часов вечера.
Мы прошли немного и в одном из подъездов незнакомый парень, на которого они указали, передал мне пару коробок с кроссовками, а я ему сто шестьдесят рублей.
Девушки уже ушли куда-то, однако, я думаю, скоро они вернутся, чтобы получить свои деньги. Да и квартира, скорее всего, откуда вынес коробки с кроссовками парень, принадлежит одной из них.
Они просто договорились со знакомым парнем, чтобы самим не оказаться замазанными в спекуляции с недостаточно хорошо знакомым человеком.
Черт, получается наладить сотрудничество с нужными девчонками, с их наценкой я еще в два раза смогу перепродать дефицит, поэтому, я сразу же ухожу без лишних разговоров с парнем.
Они, конечно, находятся на самом низу
пищевой цепочки, ведущей к дефициту. Просто смогли взять себе по одной паре, ну или по две, с разрешения своего начальства и теперь достаточно выгодно, как они думают, перепродали их мне.
Я пока тороплюсь домой на примерку.






