И кто знает, что вообще будет завтра или через …»
— Ну наконец-то я снова вижу перед собой лицо русича, — кто-то бесцеремонно прервал мысли Сергея.
К нему, улыбаясь, подошел круглолицый парень среднего роста. В руках он нес охапку хвороста. На незнакомце была одета холщовая старая рубаха и штаны такого же вида. От других рабов, трудящихся неподалёку, его коренным образом отличали голубые глаза и светлые волосы, стриженные под горшок. Матвеев сразу внутренне обрадовался, почувствовав в этом парне земляка из прошлого.
— Меня звать Нечаем, а в крещении я — Николай. Чаще все зовут меня Никола. А как твое имя, брат, какого роду-племени будешь и как сюда попал? — начал свой расспрос новый знакомый.
— Кличут меня Сергием, мы раньше с родителями жили в Черниговском княжестве, когда я совсем малый был, и это очень смутно помню. Мать умерла рано. Однажды мы с отцом поехали на ярмарку, и на нас по пути напали разбойники — отца убили, а я заблудился в лесу. Потом меня нашли монахи, и взяли с собой. Я вместе с ними жил в пещерах в полудне пути отсюда. Так я и был послушником до сего дня, пока не пошел к реке и не был пойман половцами. — Матвеев уже успел несколько раз прокрутить в голове свою легенду, отчего та и звучала более-менее убедительно.
— Давай будем по очереди дрова рубать, а потом Итларю все вместе понесем, — предложил Никола.
Серега не стал отказываться, потому что уже с непривычки малость подустал, а заодно это была возможность продолжить разговор.
— А чем же ты милость хана заслужил, что тебя в колодки не заковали?
— Сам не ведаю. Думаю, что понравилось ему мое пение. Ну и еще он повелел обучать его нашему языку.
Сергей заметил, что на их разговор обратили внимание стоявшие рядом караульные. Он глубоко выдохнул и принялся вновь колоть дрова.
— Понимаю, — продолжил общение Никола. Хоть у Сакзя и есть толмач Ченегрепа, но он хочет поучиться русскому языку у русича. Ну а я не удостоился этой чести. Давай я тебя сменю. — Новый знакомый перехватил топор и принялся уверенными движениями наносить им удары по древесине.
— Теперь мой черед спрашивать, — сказал Матвеев. — А ты сколько лет уже здесь с половцами живешь?
— Уже скоро седьмое лето пойдет. Мы жили с отцом, матерью и тремя сестрами в селе под Переяславом. Отец занимался починкой телег и изготовлением колес для них, я помогал ему, а мать и сестры работали по хозяйству. Но шесть лет назад пришли половцы грабить нашу землю, село наше сожгли, родителей убили, а меня с сестрами в плен взяли. Князь наш Всеволод Ярославич пытался было отбить полон, да куда там… Разделили нас по разным ордам, и с тех пор сестер своих я не видел. Мне повезло менее всех, и попал я в орду хана Асупа. Никогда не видел более жестоких людей.






