ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сергею Матвееву, вчерашнему выпускнику медицинского университета, волею судьбы довелось попасть в XI век в суровое время нашествия на Русь половецких орд и княжеских междуусобиц. Какова она, Древняя Русь и загадочная Тмутаракань? Как выжить нашему современнику в новом для него мире? Помогут ли в этом полученные на студенческой скамье знания? Ответы на эти вопросы парню и предстоит узнать.
Все имена и характеры, кроме реально существовавших исторических личностей, являются выдумкой автора. Любые совпадения имен и характеров с реально существующими людьми случайны.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Николу сразу тоже хотели отогнать с прочими молодыми невольниками, но узнали, что он раньше был хорошим колесником, причем справлялся с этим заданием быстрее кочевников. Половцы не могли представить себе другой жизни без своих телег, которые периодически надо было ремонтировать. И тогда хан Асуп и приказал оставить его у себя, ну а впоследствии его ремесло пригодилось и беку Сакзю.

Конечно же, никакого стола у пленников не было, и питались они, сидя на корточках на земле. Рядом с Николой и Сергеем сидели те самые трое русичей, про которых уже шла речь. Один из них был уже совсем седой, а двое других — средних лет. Со слов Николы, старшего звали Благомудр, а имена остальных были Любомир и Могута. У всех были длинные бороды и такая же одежда, как и у Николы, только гораздо более порванная и обветшавшая. Лица у всех были хмурые и задумчивые. Они молча кивнули Сергею, и лишь один изобразил некоторое подобие улыбки. Матвеев поприветствовал русичей, и попытался было с ними заговорить, но вовремя спохватился, что слово «аппетит» они точно еще не знают, да и вообще не смогут ответить ему. Как будто бы в подтверждение его мыслям один из этих бедолаг широко открыл рот, показал ему культю языка и, досадливо улыбнувшись, пожал плечами. А Сергей, зная анатомию языка и его кровоснабжение, подумал, насколько кровавая эта «операция» по ампутации такого важного органа, и как после этого вообще можно остаться

в живых без медицинской помощи.

После трапезы воины пошли отдыхать по своим юртам, а новых друзей и остальных рабов отправили к месту их ночлега. Собственно говоря, это было простая огороженная площадка с лежавшими на земле близко друг к другу старыми циновками. Сверху на молодых срубленных соснах было некое подобие крыши, покрытой хворостом и соломой, но от сильного дождя, эта «крыша» защитила бы вряд ли. С точки зрения Сергея, это сооружение скорее напоминало большую «халабуду», которую они еще дошкольниками строили в посадке недалеко от дома. При виде этого жилища рабов он не сдержал улыбки и произнес «Дом, милый дом». Чувство юмора его всегда выручало по жизни.

Сакзя в этот вечер не было в лагере, и половцы остались без концерта. Никола предположил, что бек поехал на одно из отдаленных кочевий на несколько дней. Вместо песен Серёги эфир в этот вечер заполняло кваканье лягушек и стрекот неутомимых сверчков. Под этот аккомпанемент Матвеев улегся на циновку, положив под голову охапку сена, заботливо принесенного Николой. Циновка была протертая в нескольких местах и сохраняла запах прежнего владельца, но спать на ней в принципе было можно.