ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я прикрывал отход своей группы и погиб. Но небесная канцелярия решила: рано мне на покой. И вот я в 1984-м! Снова молод и полон сил. Но вместо автомата у меня фотоаппарат «Зенит» и блокнот с ручкой. Теперь моё оружие – слово.
Первое задание: Ближний Восток!
И только одно по-настоящему не изменилось: я снова на передовой!

Густой туман тонким слоем стелился по земле. Прохлада заползала под рубаху и «мурашками» расползалась по телу. С каждой минутой обстановка вокруг накалялась. — продолжал запрашивать меня командир, а мне было не до разговоров. Противник подступал всё ближе и ближе. Пули продолжали крошить стволы деревьев, а гранаты долетать всё ближе. — крикнул слева от меня рядовой с позывным «Рио», перезаряжая магазин. — Работаю, — сказал я и перенёс огонь из автомата в сектор Рио, чтобы прикрыть его. — Ещё группа, — доложил по связи мой заместитель с позывным «Бек».

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но мы нашли волшебные слова и её отпустили. Однако, всё можно вернуть обратно.

Да, со сленгом фарцовщиков Казанов неплохо знаком.

— Грязно работаете, Виталий Иванович.

— Просто хотел вам помочь. С вашими знаниями и умениями, храбростью и доблестью…

— Ой, хватит! — отмахнулся и попробовал сесть, но слишком болела голова.

Зато мне удалось вспомнить, что такого хотел Карелин передать Виталию. Похоже, это была та самая плёнка, из-за которой Алексея и схватили боевики Имада Радвана из группировки «Свободный Левант».

Карелин был неглупым

парнем, поэтому материал съёмки спрятал. Но не в квартире.

— Я кое-что снял на фотоаппарат. Встречу.

— Вы проследили за руководителем «Свободного Леванта»? — спросил Казанов.

— Да. Я заснял его с кем-то… но я не знаю этого человека.

— Неважно. Где плёнка?

Перед глазами начали всплывать очертания большого отеля. Красивый и ухоженный двор. К входу подъезжают несколько машин, а я… всё и всех фотографирую. Под видом туриста.

Меня отталкивают, а затем требуют отдать плёнку. И тут началась погоня. Одна узкая улочка, вторая. Какие-то лавки с восточными сладостями, стена дома по адресу… Стоп!

— Плёнку спрятал. Западный Бейрут, район Факхани… — удивился я своим познаниям.

— О да! — закатил глаза Виталий и отклонился назад в кресле.

Мне в голову пришло, что район, где мой реципиент оставил плёнку, находится на так называемой «зелёной линии». Она делит Западный и Восточный Бейрут между враждующими группировками.

Теперь понятно, почему товарищ Казанов так отреагировал.

— М-да, а лучше места не смогли найти? — спросил Виталий. — Побегали ещё час и добежали бы до посольства.

Не так уж и просто бегать в Западном Бейруте, охваченном гражданской войной.

— Как сказал бы мой дед — где бы найти этот выссанный час! Кварталы Бейрута — не стадион.

Казанов встал и позвал всех в комнату. Он довёл информацию, что и откуда нужно забрать. Реакция была соответствующая.

— А чего не в Иерусалиме? — возмутился Гиря.

— Туда дальше, чем до посольства бежать. Думаешь, надо было её при себе оставить? — спросил я.

Гиря фыркнул и сел на диван около стены.

— Забери я плёнку с собой, и вы бы сейчас имели вместо неё, мою отрезанную голову.

Казанов кивнул и поддержал меня.

— Алексей Владимирович верно говорит. Через сколько… — хотел мне задать вопрос Виталий, но в квартире внезапно погас свет.

Вода в трубах перестала шуметь, а за окном вдалеке началась плотная стрельба. Казанов аккуратно подошёл к окну и посмотрел на происходящее.

Стрельба дополнилась глухими хлопками, а затем и отдельными взрывами. И всё со стороны района Факхани.

— Вы все знаете, почему мы здесь. Времени на решение нашего вопроса крайне мало. Из Москвы требуют результат, — серьёзным тоном произнёс Казанов.