— Учёба, подработки. С девчонками подрабатываем… Модели, шмотки, ну ты меня знаешь.
Я кивнул. И ведь действительно знал! В памяти всплывало, как Даша таскала домой всякие модные журналы типа «Работницы» и «Советской женщины», и из занавесок пыталась шить платья «как у Софико Чиаурели».
Сестра помолчала, потёрла край чашки пальцем и будто невзначай сказала:
— Слушай, а у тебя с деньгами как? Ну… премия, командировка? В «Правде» наверняка прилично платят. Не подумай, я не клянчу.
Я приподнял бровь, понимая, к чему клонит сестра.
— Просто… я немного должна. Ну, немного, совсем чуть-чуть. Девчонки тоже скинулись, на шмотки, но пока не продадим…
Я сел рядом на край ванны, натягивая футболку и стараясь не задеть бок.
— Слушай, — сказал я спокойно. — Голодной ты точно не останешься. Суп, пироги, хлеб с маслом обеспечу. А вот за шмотки — увы.
Она чуть склонила голову.
— Я просто подумала…
— Да всё нормально, — мягко перебил я. — Я всё понимаю. Просто если хочешь делать своё дело, то делай его, как взрослый человек и как-то своди дебет с кредитом. А если играешься, то не обижайся, когда не дают на игрушки.
— Ты не изменился, — усмехнулась она, допив кофе. — Вечно со своими принципами.
Она отставила чашку и, подойдя ближе, обняла меня за шею.
— Я правда рада, что ты живой, — прошептала Даша.
Я тоже приобнял её одной рукой.
— Только давай, чтоб без халатов нараспашку и сигарет с утра. По крайней мере, пока у нас гости.
— Ладно-ладно… — сдалась она.
Сестра осталась в ванне, чтобы принять душ, а я вышел обратно к девчатам
— Всё, Алексей, сиди, не вставай! — строго сказала Ника и усадила меня на диван. — Тебе, вообще-то, восстанавливаться нужно после ранения.
— А мы пока накроем стол! — добавила Яна.
— В честь твоего возвращения! — вставила Люся.
Девчонки засновали между кухней и прихожей. Полотенца, кастрюли, банки с компотом — всё появилось в мгновение ока.
— Даш, что у нас там из продуктов?
— Почти ничего, — отозвалась сестра из ванной. — Мы же вчера все доели!
— Та-ак, молоко, кефир, сырок «Дружба» и банка кильки в томате. Эх, суп бы сворить, а курицы нет! — провела Люся ревизию в холодильнике.
Я полез в карман брюк, достал сложенную пачку денег и отсчитал девчатам.
— Вот, держите. На продукты.
Девчонки с радостным визгом собрались и ушли на рынок во главе с моей сестрой, а я остался в комнате с Вероникой. Та сидела на подоконнике, слегка покачиваясь ногами, болтавшимися в воздухе.
— Планируешь возвращаться в Ливан, после восстановления? — серьёзно спросила она.
— Пока нет, а там как редакция решит. Надо как раз зайти отчитаться, — вздохнул я.
— Лёш?
— Что?
— Может сказать папе, чтобы он тебя в «Огонёк» перевёл? Или в «Советскую культуру»?
— Ага, и буду писать про выставки самодеятельного ткачества в Урюпинске.






