Будущая маман с самого утра выбежала на улицу поразвлечься: начертить мелками классики, попрыгать на них, а потом на скакалке.
В этот момент, едва выбежав из подъезда, она и увидела Арину, которая выглядела как шикарная дама: завитые локонами чёрные волосы, сумочка на плече, туфли на шпильке, дорогой заграничный брючный костюм, подаренный партией. Естественно, одежда была официальной, слегка неудобной и не совсем подходила для посещения, например, спортивного диспансера, но для похода в ателье «Белоснежка» в Универбыте и для посещения Сбербанка была в самый раз.
— Люська! Сколько лет, сколько зим! Ты куда? — без всякого уважения крикнула Анька, вприпрыжку подбежала к Арине и хотела её толкнуть, но Арина ловко уклонилась, едва не подставив вреднючей девчонке подножку.
— Поприличнее себя веди, — надменно сказала Арина. — Куда надо. Не твоё дело! По очень важным делам!
— Я с тобой! — заявила Анька.
Арина хотела было отделаться от будущей маман, но это оказалось не так-то просто. Анька узнала, что Арина ждёт такси, и сразу начала канючить и ныть. Скрепя сердце, пришлось взять её с собой.
— Потом не ной, что устала! — сурово сказала Арина и кивнула на такси. — Садись давай! Где бабушка Оксана, кстати? Она дома? Она разрешит тебе ехать?
— Какая ещё бабушка Оксана? — хихикнула Анька. — Моя мамка что-ли?
— Твоя… — смущённо сказала Арина. — Садись. Сейчас сначала в Универбыт поедем, в ателье. Платья мне заказывать.
…Елизавета Константиновна Соколовская, директор ателье «Белоснежка», которое находилось на третьем этаже городского комбината бытового обслуживания населения, сначала удивилась, когда её утром позвали в помещение приёмки заказов. Это было очень и очень редко и обычно происходило во второй половине дня, когда появлялись особо важные клиенты: руководители предприятий, основные специалисты, члены горкома партии, горисполкома и тому подобные уважаемые люди, которые часто обладали очень нестандартной фигурой, слегка заплывшей от трудов праведных, и нуждались в качественной одежде индивидуального пошива, которой государственные швейные фабрики, да и импортные тоже, не могли их обеспечить.
«Белоснежка» считалась шиком, «Белоснежка» среди состоятельных горожан считалась эталоном качества и очень авторитетным предприятием по пошиву модной одежды. Расценки в нём, естественно, были государственные, иначе невозможно при плановой экономике, но было принято давать директору неофициальное вознаграждение за срочность выполнения заказа. Его могли сделать как в течение 2 дней, так и в течение 2 месяцев. Всё зависело от подарка, вручённого лично Елизавете Константиновне, которая потом сама уже распределяла
полученный гешефт среди швей, непосредственно занятых в процессе.






