ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я помню, как погиб в огне московского дома. Странно, да? Потому что в пещере, наполненной гоблинами, чувствую себя далеко не мертвым.
Теперь, в королевстве, где маги дерутся за власть, гномы считают золото, а гоблины торгуют эссенцией крови, мне предстоит найти свое место. Или вернуть то, что у меня отобрали.
В моем распоряжении: молодость, магия и... небритый фей в качестве спутника. Что может пойти не так? Да примерно всё

— провожаю глазами летящую словно в замедленной съемке голову гоблина. Голова прямо на глазах превращается в пепел, и на землю опадает уже облачком серого праха. Видать, к дождю, — доносится густой прокуренный бас. — Да тут я, тут, — ворчливо доносится снизу. Рядом стоит маленький несуразный человечек, ростом почти до моего колена. Толстый, одетый в странную тогу, со стрекозиными крылышками. Надавливаю на веки до звездочек в глазах и часто моргаю… Необычного вида фей вытаскивает изо рта зубочистку и недобро зыркает на меня.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Значит, пятнадцать процентов, или шестая часть — это лучше, чем вообще не получить ничего.

— Черт с тобой Витя, будут твои десять процентов. Будут, — соглашается Иван. — На бой ты выйдешь последним. Первые два поединка у нас более-менее прогнозируемые. Выиграть особо не пытайся. Скорее всего, первые два мы вытянем. Если что, любую травму мы починим за день.

— Пятнадцать! — улыбаюсь.

— Ну одиннадцать, не больше. — Подсчитывает Иван.

— Пятнадцать при выигрыше, и двенадцать при проигрыше. — Ставлю точку. Уточняю. — Каким образом, почините?

В моих же интересах прикинуть все возможные расклады. Орки сами по себе с виду простые, но кто знает, чего ожидать от них в ярости.

— У нашего старикана две феечки, — объясняет Иван. — Одна обеспечивает защиту, другая лечит. Повезло ему в свое время. Да и нам повезло тоже.

Ага. Ещё один кусочек мозаики встаёт на место.

— И что лечат чаще у бойцов после поединков? — снова уточняю.

— В основном, проникающие и переломы, — говорит Иван, поморщившись.

Прикидываю. Это все более-менее нормально. Протягиваю руку.

— Годится. Договор?

— Договор! — улыбается караванщик и пожимает мне руку.

Обе руки на секунду связывает темная нить, которая мгновенно словно впитывается в руки.

— Что это было? — вторит моим мыслям караванщик.

«А это чтобы у него желания тебя кинуть не появилось. Последствия нарушения договора ему не понравятся, — возникает у меня в голове голос котенка. — А то больно уж тут все хитровыкрученные».

— Наш с тобой договор скрепили. Будут следить за выполнением, — задумываясь, произношу я.

— Кто? — удивляется Иван.

Пожимаю плечами. Отвечать ему я не хочу.

— Если не нарушим, то и соблазна узнать, кто это был, не появится. Я не нарушу.

— Я тоже, — поспешно отвечает караванщик.

— Ну вот и славно. — Задумчиво киваю.

Все вместе возвращаемся к оркам. На улице поднимается сильный ветер, будто сама погода предвещает неладное.

— Мы выставим поединщиков, — говорит Иван.

Орки его хорошо понимают. Их лица расплываются в предвкушающих улыбках. Только уже знакомый молодой орк смотрит на меня и проводит под шеей большим пальцем. Международный такой жест. Кажется, мало я запросил. Ладно, посмотрим.

Караванщик со вторым торговцем заканчивают обсуждать с орками поединки, после чего они разворачиваются и уходят.

— Куда это они? — удивляюсь.

— У них сейчас война по расписанию. Поэтому здесь на обсуждения собирались только мужчины. Стоянка у орков сильно дальше. Ритуальные бои для этого племени семейный праздник. Теперь им жёны мозг чайной ложечкой съедят, пока они не перенесут стоянку. Они любят такое смотреть вместе с детьми, — рассказывает Иван.

— И надолго это? — уточняю.

— Ещё на полдня задержимся. Надеюсь, дальше быстрее пойдёт, — говорит Иван, вздыхая. — Зато мяса пожрём от души.