ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Полная чистовая версия
Жизнь устроена так, что, когда ты вроде разобрался с одной проблемой, на тебя вскоре наваливается другая. А уж если ты работаешь в не самом обычном отделе милиции и только-только начал познавать премудрости службы в нем, то можно быть уверенным в том, что этот принцип гарантированно будет срабатывать раз за разом. Вот и крутится Олег Ровнин как белка в колесе, пытаясь успеть все и сразу, только вот не всегда получается везде успеть вовремя и сделать все так, как нужно.
А на дворе по-прежнему стоит лихое безвременье 90-х, которое, кажется, не кончится никогда…
Автор обложки - Rayko

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Начальник ушел наверх, Олег же недоуменно уставился на Ревину.

— Чего? — развела руки в стороны та. — Я без понятия о том, что там тебе за награда полагается. Как, впрочем, и о том, почему тебе, а, к примеру, не мне. По выслуге лет и КПД я объективно ее точно больше твоего заслуживаю.

— А Мороз больше тебя, — уточнил Ровнин, — и Савва тоже. Если объективно.

— Зато теперь тебе можно не переживать на тему «идти — не идти», — хихикнула Ленка. — Учреждение наверняка официальное, пока дождетесь, пока все формальности согласуют, то, се… Учет материальных ценностей и контроль за их распределением есть основа российской бюрократии. Хотя — странно. Времени почти шесть, рабочий день, считай, кончился. Ладно менты и медики, мы по жизни отморозки, которые всегда неправильно существуют в любых российских реалиях. Но в остальных-то государевых учреждениях люди дольше положенного в жизни сидеть не станут. Раньше свалить — да. Позже — никогда!

— А я еще и в штатском, — расстроенно добавил не особо ее слушающий Олег, а после оглядел себя. — Надо же, наверное, по форме?

— Ясное дело, — подтвердила Ревина. — Ладно, шоколадки мне теперь точно не видать, потому пойду к себе. Завтра все расскажешь — и про награждение, и про смотрины. Ну, если ты до них, конечно, доедешь.

Пока Францев пил чай, Ровнин прикидывал, за какой такой подвиг его могут наградить. Выходило — ни за какой. Нет, руки сложа он не сидел, но при этом ничего особо героического и не совершил. Разве что отбил не так давно молодую девчонку у русалок, которым она накануне на то, чтобы ее утопили, разрешение дала, причем сама о том не подозревая. Кто же, купаясь в русальную неделю, бросается фразами вроде «Вот утону, русалкой стану и буду жить вечно»? После такого тебя непременно в следующий раз, когда ты в ту же реку хоть по колено зайдешь, сцапают и на дно потащат. После того — нет, уже не тронут, но в русалии и вода, и те, кто в ней обитают, слова твои не забудут.

Впрочем, дуре-девке повезло. Олег, который вместе с Саввой приехал в этот дачный поселок из-за арыси, что повадилась местным дачницам подменышей подсовывать в коляски, аккурат перед тем, как сюда отправиться, читал одно старое-старое, еще дореволюционное дело, в котором была описана подобная ситуация. В результате сначала он бедолаге утонуть не дал, после ее, здорово перепуганную, успокоил, а следом и беду от дурной головушки отвел, пустив в ход старинный метод, почерпнутый у коллег. Чтобы русалки и водяник более на вот такую неразумную болтушку не претендовали, имелось три варианта развития событий. Первый — вовсе ей в эту реку больше никогда не соваться. Второй — замуж выйти. Смена семейного статуса то ли все добрачные грехи перед русалками списывает, то ли еще чего, но факт есть факт.