— Можешь быть спокоен. Юрка не пострадает, уж я-то о нем позабочусь.
— Да?! Ну и какой он в обольщении? — снова спросил Азаров с ухмылкой и шагнул ко мне.
— Классный! — выпалила я, повысив голос, который так и норовил выдать мое почти истерическое состояние.
— Ух, ты! Прям классный?! — с нескрываемым раздражением и издевкой поинтересовался Азаров. Затем отвернулся, чтобы уйти, но в следующее мгновение, будто о чем-то вспомнив, повернулся и сделал еще полшага навстречу. — Значит, будете жить долго и счастливо?
— Именно так!
Я откинула с лица прядь выбившихся волос и вызывающе улыбнулась. В ту же секунду, не обращая внимания на окружающих, Алекс обхватил меня за талию и притянул к себе. Он опустил голову, и его лицо приблизилось к моему так близко, что каждой клеточкой тела я ощутила аромат его кожи. Манящий запах мужского парфюма вывел из равновесия мое и так помутившееся сознание.
Собрав мизерные остатки здравого смысла, я тихо прошипела:
— Не вздумай!
— Не вздумай! — передразнил он и впился в мои губы поцелуем.
Это было похоже на мощный удар током. Поверхность, на которой я стояла, попыталась выскользнуть из-под ног, колени дрожали. Будто понимая это, Алекс положил ладонь мне на затылок и еще крепче прижал к себе. Я невольно закрыла глаза, забыла о страхе, вопросах, всевозможных табу и, сама того не осознавая, ответила на поцелуй.
— Вау! — раздались рядом восхищенные возгласы, которые привели меня в чувство.
Я поддалась эмоциям и забыла, что нахожусь в студии, и ребята смотрят на нас. Я быстро освободилась из объятий и отвернулась к окну.
— Что ж, на сегодня достаточно… — удивленно и с укоризной произнесла Валентина Васильевна. — Не думаю, что это хорошая идея. Вы все-таки Дед Мороз и Снегурочка, его внучка… Если подобное повторится на детском утреннике, малыши вас не поймут, — учительница неодобрительно развела руками. — Ребята, пора по домам, — обратилась она к остальным участникам спектакля. — Мне придется уехать, так что сделаем перерыв. Учите роли, через месяц продолжим подготовку.
Алекс тоже пришел в себя. На его лице отражался целый калейдоскоп эмоций. Теперь он был совсем другим: растерянно и беззащитно смотрел на меня, во взгляде сквозила нежность.
— Азаров, ну и цирк ты устроил! Не мог найти другого места для признаний?! — недовольно проворчала Кира, протягивая мне школьный рюкзак. — Лана, пошли! Завтра вся школа гудеть будет…
Глава 8
— Что будем делать? — спросила Кира, выходя из школы.
— Это долго длилось?
— Секунд десять, не больше, — уверила она, хотя такой ответ вряд ли мог успокоить.
Я пыталась оценить обстановку, но губы все еще горели от поцелуя. Мыслить трезво не получалось. Будь что будет.






