— Держись крепче, сейчас немного покачает!
Я прижалась к плечистой фигуре, и мы помчались по склону в самую глубь тайги. Алекс умело обходил деревья и высокие кочки, ловко колесил по каменистым и болотным тропам. Я и подумать не могла, что можно на мотоцикле вот так лететь по лесным тропинкам. Я улавливала аромат его тела, и это дурманило. Казалось, мы стали единым целым. Единым и неделимым.
Через некоторое время мы остановились.
— Не укачало? Сильно испугалась?
— Нисколько! — Я сняла шлем, поправила сбившиеся волосы и огляделась. — Какая красота! — невольно сорвалось с губ.
Мы стояли на краю широкой долины, раскинувшейся вдоль тихой речки. Ее берега были устланы ковром брусничных листьев. Вдали у края неба маячили снежные горы. У самого их подножия огромные пихты и ели сомкнули густые кроны. Лес слабо шумел. Пахло свежестью и хвоей. Где-то совсем рядом глухарь зачастил длинную трель. На землю стали опускаться пушистые хлопья первого снега.
Я подняла глаза к небу и, набрав полную грудь чистого воздуха, громко крикнула:
— Ау!
— А-а-а-у-у-у! — ответило гулкое эхо.
— Нравится? — Алекс засмеялся. — Это мой дом, теперь и твой тоже.
Он развел костер и расстелил куртку.
— Садитесь, ваше величество, вы истинная королева тайги!
* * *
Так начался месяц беспредельного счастья. Каждое утро Азаров встречал меня возле подъезда и, держа мою ладонь, провожал до школьного кабинета. Едва звенел звонок, он уже стоял у дверей класса, чтобы проводить на следующий урок. Постепенно байкерский гардероб Алекса сменился обычной одеждой, а его друзья — Дэн Волков и Сергей Михайлов — стали реже появляться на горизонте. Все перемены мы стояли, уединившись в дальних уголках рекреаций и, не отпуская рук, ворковали, поглощая друг друга влюбленным взглядом.
— Он совсем не дает нам общаться! Такое ощущение, что Азаров специально отдаляет нас, — недовольно ворчала Кира, бросая на Алекса ненавидящий взгляд. — не отходит от тебя ни на шаг, разве это нормально?
— Не знаю, но мне нравится, — расплывалась я в блаженной улыбке.
Иногда в школьных коридорах я встречала Белова и вспоминала, как на следующий день после признания Алекса Юрка нашел меня и с разгневанным видом пытался образумить, что-то говорил о неправильном выборе. Много рассуждал о будущем, хватал за руки, угрожал. Я пригрозила мамой, и Белов ушел.
Какое-то время он еще следил за мной, а потом потерял интерес. Тогда я не догадывалась, что лишь хладнокровие и неимоверная выдержка позволили ему оставить Алекса в живых. Не знала, что только благодаря общению с Кирой и соблюдению странного договора он не свернул Алексу шею. Я не понимала, в какой опасности был Азаров, на что пошел ради меня. И конечно, мне было неизвестно, что все только начинается.






