— Все, теперь нам точно пора! — вспылил он, встал и протянул мне руку.
— Как не знать? — тихо ответил охотник, не обращая внимания на Алекса. — Эскери очень сильный дух края. Когда-то он давал много зверя и дичи. Хорошо тогда было, шибко хорошо! — эвенок смягчил
горло горячим чаем и продолжил: — В то время в одной деревне жил богатырь Гудейкон. Уж очень нравился он Эскери — добрый, справедливый. Дал он богатырю силу свою: там, где нога ступит — озеро возникнет; куда дунет — лес падает. Звери и птицы подчинялись ему. Хорошо жилось эвенкам во времена те: совсем горя не знали. Об одном просил Эскери богатыря: никогда тот не должен знать молодую деву из другого племени. Ослушался Гудейкон. Встретил красавицу. — Эвенок подул на кипяток и сквозь пар посмотрел на Алекса. — Глаза черные, стройная, как березка. Подошла она к Гудейкону, скинула с себя одежды и прижалась к нему всем телом. Забыл богатырь обещание, не сдержал слово. Провел он ночь с прекрасной девой, а наутро воткнула она нож ему в сердце и улетела птицей черной. Разозлился Эскери на богатыря, отвернулся от его племени. Голод страшный наслал, много пожаров, засух и ветров. Ушли люди и звери. С тех пор тайга одинока. Некому защитить и спасти ее. А силы зла стаями рыщут, наводят страх на живое, — старик тяжело вздохнул и замолчал.
На тайгу быстро опустилась темнота. Покрытые снегом деревья приобрели таинственные очертания. Вдруг какой-то протяжный звук, похожий на вой, послышался из глубины леса. Я прислушалась. Неожиданно такой же звук раздался почти рядом.
Алекс тревожно посмотрел в сторону чащи. Он крепко схватил меня за руку и повлек за собой, намереваясь увести от зимовья, но внезапно остановился и спросил:
— Скажи, старик, мог ли богатырь отказаться от даров Эскери?
— Кто-то чужой ходит близко, вам пора! — проигнорировав его вопрос, ответил охотник и медленно пошел к зимовью.
— Что случилось? Это волки? Они нападут на нас? — засыпала я Алекса вопросами, пока мы бежали по снежной тропе. Казалось, все вокруг было против нас: сучья деревьев хватали за одежду, ноги проваливались в сугробы…
Алекс остановился.
— Так мы не успеем. — Он быстро взял меня на руки. — Не волнуйся, все будет хорошо!
Азаров прижал мою голову к своей груди и побежал, не сбивая дыхание. Я устроилась в его объятиях и почувствовала себя защищенной, словно ребенок, который в минуту опасности держится за крепкую ладонь отца, абсолютно уверенный, что с ним ничего не случится.
Через несколько минут Алекс выскочил на дорогу. В одно мгновение он усадил меня на байк. Мотоцикл взревел и с бешеной скоростью умчался прочь.
* * *
Спустя два часа мы стояли возле моей квартиры, и Алекс тревожно прислушивался к шагам на лестнице.
— Соседи, успокоила я.






