Конечно, я была согласна улететь с ним на край света, куда угодно, лишь бы видеть его, слышать, но… Крупицы здравого смысла все же не покидали мою голову.
— А как же семья? Катя? Кира? Я не смогу без них…
— Если захочешь, они будут прилетать к нам. Я все улажу или построю для них огромный особняк на соседнем острове.
— На соседнем? — я снова улыбнулась.
— Угу, чтобы не смущать твою родню нашей страстью, — счастливо засмеялся Алекс.
Я легко толкнула его в плечо, пытаясь отвлечь от бурных фантазий.
— А если надоем тебе, если стану толстой, ревнивой и злой? — ворковала я.
— Если будешь сварливым бегемотиком, я превращусь в жирного гиббона.
Сейчас мне не хотелось представлять лица родителей, узнавших, что их младшая дочь сбежала непонятно куда. В конце концов, они любят меня. Если не поймут, то хотя бы простят. Потом… когда увидят счастливой…
Мы выехали на трассу, ведущую вдоль ущелья. Мой уютный городок, окруженный рваными сопками, находился в самой глубине тайги. Если ранним утром смотреть на него с возвышенности, то покрытые туманом еле заметные очертания домов казались прямоугольными башенками заколдованного замка.
Я вспомнила, как однажды зимой мы с друзьями приехали на вершину таежной сопки. Высокий склон, находившийся через дорогу от обрыва, очень подходил для желающих пощекотать нервы и получить дозу адреналина. Положив на плечи лыжи, мы долго взбирались на крутую вершину, держась за руки и ступая след в след. Впереди, опираясь на лыжную палку, шел Перлов и, несмотря на сбившееся дыхание, умудрялся напевать: «Парня в горы тяни — рискни!»
Макс был надежным товарищем. Это про таких говорят: «С ним хоть в разведку…»
— Ну, девчонки, вот мы и наверху. Э-ге-гей! — крикнул он, окидывая взглядом бесконечную тайгу. — Натягивайте лыжи, я спущусь первым, чтобы ловить неопытных трусих.
— Это кто еще трусихи? Мы не раз спускались отсюда, — соврала Кира и заговорщически подмигнула мне. На самом деле наше умение
спускаться с вершин было, мягко говоря, посредственным.
Макс улыбнулся, но не ответил. Он застегнул крепления, прижал палки локтями к телу и начал спускаться, разрезая твердый снег. Очень быстро он оказался внизу и помахал нам рукой.
— Еще не поздно, может, передумаем? — с надеждой спросила я Киру.
— Ха! Сейчас покажу этому выскочке, что значит по-настоящему летать. Засекай время! — бросила Власова и, оттолкнувшись, понеслась к подножию горы.
Я застыла в ужасе, когда заметила, как подруга, набрав большую скорость, увернулась от Макса, пересекла тонкую линию дороги и сорвалась в ущелье.
— Кира! — взревела я и помчалась сквозь обжигающий ветер. Оказавшись на дороге, я скинула лыжи и бросилась к Максу.






