— Боюсь, мои, как ты выразился, «задроты» слишком задроты. Вторая причина, по которой «Эхо» стало популярным, — это колоссальная реалистичность игры. Для того чтобы стать успешным в «Эхо», надо иметь отличную физическую форму. Поэтому мне нужен криминалист-оперативник, а не спец из киберотдела. И, опережая твой вопрос, — нет, ни Глеб, ни Олаф, ни Виктор, ни кто-либо ещё для задания не подходит. Даже если отбросить то, что ты единственный в наркоконтроле работаешь менее семи лет, а значит, точно не связан с картелем, только у тебя на весь отдел подходящая комплекция.
Наследство от папочки.
Я мысленно взвыл. Под подходящей комплекцией шеф имел в виду очевидное: гражданские, как правило, склонны к худобе. Все будущие опера помимо силовых тренировок пять раз в неделю в обязательном порядке сидят на высококалорийных диетах, дополнительно потребляют пептиды и колются тестостероном. В элитном отделе все, кроме меня, «шкафы». Моя же конституция совсем иная: сколько бы я ни ел, всегда оставался скорее сухим, жилистым, но никак не объёмным. Быстрый обмен веществ, чтоб его…
На мне даже гормоналка не работает!
«Высокий метаболизм — это не что иное, как следствие интенсивной умственной деятельности, которая свойственна исключительно аристократическому уму, а большой вес — вульгарщина, которая свидетельствует о недостатке интеллектуального развития. Даже если это мышечная масса», — зажужжал в голове голос Пьера Леграна.
— Ты высокий, Ален, но не массивный, — подтверждая мои мысли, сказал Елисей Варфоломеевич. — В «Эхо» подразумевается контакт между персонажами. В средневековых доспехах ты не будешь выделяться среди других игроков. Так, ладно, и так долго с тобой болтаю. — Он стукнул по коммуникатору пальцем, набирая быстрое соединение. — Платон! Забирай комиссара Леграна отсюда. Он готов.
— Но… — Я взмахнул руками, тщетно пытаясь придумать хоть единственную причину, почему не подхожу.
— Завершишь дело, сделаю начальником отдела наркоконтроля. И да, через «Эхо» толкают «амброзию». Я очень на тебя надеюсь, Ал. — Шеф жестом показал, что я могу быть свободен.
Чувствуя горечь, я вышел в коридор. Какой толк с обещания повышения, если я его увижу теперь примерно никогда?
Серая плитка, белые стены, стандартные чёрно-жёлтые горизонтальные полоски — цвета
Системной Полиции Танорга. Я уныло пнул плинтус.
— Комиссар Ален Легран, рад познакомиться с вами вживую! Вы — легенда в нашем департаменте. — Субтильный невысокий парень с чёлочкой а-ля «жиденький газон у бабушки на даче». — Меня зовут Платон. Я эксперт по цифровой защите, Отдел по Борьбе с Киберпреступностью. Пойдёмте?
Шварх. Придётся всё-таки идти…
Глава 3.






