ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Господь создал мир за семь дней, а уничтожил за пятнадцать минут мощной сейсмической волной. Но одним землетрясением отделаться не удалось, выживших настиг поток раскаленного воздуха...

Сергей Панченко Даже глобальные перемены, случающиеся не сразу, а в течение продолжительного отрезка времени, притупляют чувство тревоги. Некоторые вещи незаметно становятся обыденностью, естественным, совсем не пугающим фоном жизни. Если бы человек умел перемещаться во времени, опасная тенденция такому путешественнику была бы гораздо очевиднее, чем тому, кто пережил изменения постепенно. По всему миру курились все известные вулканы, многие извергались. Землетрясения стали обыденностью даже там, где их не случалось тысячелетиями.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

 — С тобой и бомжевать не страшно.

Денис засмеялся.

— Вместо палатки пилу и топор куплю.

— Вот и правильно. Все будет хорошо, глядишь и барышня у тебя появится какая-никакая, съездим на шашлычки в лес.

— Хорошая у меня будет барышня, — Денису не понравилось материно «какая-никакая».

— Конечно, это я к слову. Будет тебе под стать. Ну, ладно, пора на работу собираться. — Мать встала из-за стола.

— Ма, ты это, если будут еще толчки, выбегай наружу, — искренне переживая за родительницу, предупредил Денис.

— Хорошо. А ты тоже, выбегай сразу. У вас там вообще, не работа, а братская могила. Фу, что я болтаю, — мать постучала себя по губам. — Давай, пока.

— Пока.

Интернет не удивил ничем апокалиптичным. Всё, как обычно, тряхнуло, полыхнуло, вода чуть-чуть опустилась, всплыл сваренный заживо косяк рыбы, муж-футболист подрался с женой-моделью, а известный политик сказал, что сегодня будет гораздо лучше, чем завтра. То ли оговорился, то ли что-то знал.

С одной стороны Денису хотелось, чтобы в мире существовала какая-то тревожность, будоражащая кровь ожиданием глобального события, но с другой, представив себя его жертвой, думалось, а ну его нафиг, пусть все остается, как есть.

Дорога до работы в этот день показалась ему как-то особенно приятной. Он любовался деревьями, вдыхал тополиный запах, аромат горячей вишневой камеди, янтарем застывшей на стволах. Рассматривал птиц: голубей, лениво отходящих в сторону, пугливых воробьев, пикирующих с ветки на ветку, грачей, каркающих высоко в тополях. Раньше Денис по дороге находился в своих мыслях, не обращая внимания на окружение, а сегодня почему-то в голове было пусто, и эту пустоту заполнило желание наблюдать. Солнце было все таким же неприветливым, но Денис надел панаму и майку с длинным рукавом.

На работе, к его облегчению, было прохладно. Охладитель за ночь удалось починить. На пневматике сидел все тот же новенький угрюмый тип. Денис хотел с ним поздороваться, но тот намеренно отвел взгляд. «Социопат», — подумал про него Денис.

Через час привычной работы, после нескольких клиентов, события вчерашнего вечера начали стираться из памяти. Все было, как обычно. Играла музыка, ходили зеваки и покупатели. Денис сходил в супермаркет за обедом, после чего совсем забыл о вчерашнем инциденте. Напомнили ему о нём две дамы, проходящие мимо и громко обсуждающие землетрясение между собой, обвиняя газоперерабатывающий завод, как это было положено в городе, во всех грехах. Можно было подумать, что если и существовали под городом пустоты, то виной их обрушения были совсем не мощные толчки земной коры.

Денис посёрфил интернет. Тряхнуло по всей длине Уральских гор и больше всего на севере. После мощного толчка все ждали, что будет еще, но приборы не зафиксировали даже мелких колебаний.