Александр пропустил незнакомцев вперед, в ворота, но один из них не пошел вместе со всеми, остался позади, будто из вежливости пропуская Александра перед собой.
— После вас. — Произнес он любезно.
Ситуация очень не нравилась Александру. Если это были те, о ком он думал, то их визит можно было считать окончанием спокойной жизни. «Главный» присвистнул, когда увидел внутреннее обустройство городища.
— Да у вас тут реставрация какая-то что ли? Или вы уже после успели отгрохать? — Он внимательно оглядел весь двор Зарянки.
— Это было построено до катастрофы. — Ответил Александр. — А вы сами откуда? — Повторил он вопрос, на который в прошлый раз не услышал ответа.
— Мы-то? Мы, из деревни одной, издалека. Вы такого названия и не слышали, наверное. — Выкрутился «Главный».
Народ, потревоженный Харитоном, выглядывал из окон, но не спешил выходить. За стенами, казалось безопаснее. Вышла только Аглая.
— Здравствуйте! Вы, первые, кто пришел к нам после всего этого. — Произнесла она жизнерадостно, но при этом успела метнуть вопросительный взгляд на Александра. — Если хотите, мы можем устроить вам отдых, баню?
— Да, и поговорить после. Вы же, наверное, не просто так ходите? — Поддержал ее Александр.
— Да кто сейчас просто так ходит? Ищем продукты, вещи для хозяйства, людей спасаем. Хотя, вас, я вижу, спасать не надо.
— Не надо, спасибо. Так что, баню?
— Спасибо, в следующий раз. — Поспешно отказался
«Главный». — Пообщаемся, нам этого хватит. Спешим.
— Куда же? — Поинтересовался Александр, затем обернулся к Аглае. — Завтрак приготовь нам, пожалуйста.
Аглая убежала.
— Да, мы везде ходим, куда Дружок покажет. Чует по запаху, где люди ходят.
Это могло быть и совпадением, что незнакомцы появились вскоре после возвращения из похода. В этом надо было убедиться точнее. Из аргументов за то, что эти люди пришли по их следам из поселка, где жил Поликарп с семьей, была немецкая овчарка, порода, использующаяся для охраны колоний. Собака вела себя так, будто хорошо знала команды. И в целом от незнакомцев исходило чувство, как от «тревожных» людей. Выдавала их манера держаться, колючий взгляд и то, что они не отвечали прямо на вопросы о том, откуда пришли. Конечно, на все эти предположения имелись оправдания. Страх мог помешать адекватно воспринимать их, наделяя опасными приметами. А то, что они темнили, откуда пришли, могло быть элементарной заботой о безопасности своей общины.
Из избы вышел Гурьян и Вторуша и направились к Александру. Дружок напрягся и зарычал, не открывая пасть. Незнакомцы напряглись. Александр заметил это по рукам «Главного». Он сжал полы куртки, побелевшими пальцами. Гурьян выглядел расслабленным. Наверняка, знал, что за спиной стоят вооруженные товарищи.
— Здорово, мужики.






