— Конечно. Одинокая, красивая девушка в чужом городе. — Подошел я чуть ближе к окну, глядя на улицу. — Мало ли что снова имплантируют ей в живот…
Амелия поежилась и промолчала.
Я же смотрел на двух монахинь, что уже не скрываясь, стояли по другую сторону дороги. Помахал им рукой.
— А там кто? — Приподнялась девчонка.
— Старые соратники, — не стал я уточнять их пол. — Сиди.
Но куда там — встала на постели, посмотрела.
— Монахини? — Удивилась Амелия.
— Боевые монахини военного ордена.
— Красивые. — С оттенком ревности произнесла та в ответ, плюхнувшись обратно на покрывало.
Юбка скомкалась, приоткрыв ноги до белой ткани, но девчонка не обратила внимание.
— Специалисты по убийству Реликтов. Коллеги по работе. — С важным видом продолжал я смотреть в окно.
— А вы как будете его убивать? — Заинтересовалась Амелия.
Да что за вопросы у тебя неприятные…
— А как, по-твоему, можно убить что-то неуничтожимое? — Загадочным тоном поинтересовался я.
— Чем-то другим неуничтожимым? — Задумавшись и чуть наклонив прелестную голову, предположила девчонка.
— Все верно. А что у нас неуничтожимое? — Покивал я, словно та догадалась.
— М-м… Другой Реликт… Нет… Обелиск! Черный обелиск! — Радостно подпрыгнула она.
— Именно так. — Изобразил я довольство, лихорадочно прикидывая возможность такого маневра. — А как мы это будем делать?..
«Ну же, думай!»
— Ну… Надо как-то скинуть на него Реликта…
«Да не, ерунда. Жаба — и та в Сан-Франциско смоталась. „Боинг“ бессовестный…»
— Или?… — Покосился я на Амелию, приподняв бровь.
— Разогнаться и на полном ходу врезаться в него на машине с Реликтом!
— Вот. Теперь ты сможешь убивать Реликтов самостоятельно, — хмыкнул я, стараясь не показывать, как действует на меня ее предложение — скрывая лихорадочный блеск в глазах, подрагивание в пальцах…
— Да я же не дура, я понимаю, что все сложнее… — Погрустнела Амелия.
— Хочешь, поехали с нами — посмотришь?
Как я буду врезаться в Черный обелиск на полном ходу.
— Н-нет. Мне слишком страшно, — вцепилась она пальцами в одеяло. — Но ты потом приходи, — прикусила она край губы.
— Я постараюсь, — без оттенка обещания отозвался, как дань вежливости.
Амелия поняла и понурилась. Странная она — то бежит, то ищет встречи…
— Госпожа, — постучавшись, сунулся в выбитую, оттого незакрывающуюся дверь знакомый охранник. — Мы привели тех, кто знает.
В дверь осторожно протиснулись двое мужчин — некогда одетых в респектабельные костюмы, с уложенными в аккуратные прически волосами. А ныне у одного из них не было ботинка — он прижимал ногу в грязно-сером носке ко второй, пытаясь не мерзнуть. У второго пиджак прикрывал разорванную рубашку. Общее же состояние у них было потрепанное — оба не раз и не два падали, лезли по земле.






