Уже собираясь дать девушке положительный ответ, я задумался над тем, как моя карьера проститута может повлиять на репутацию герцога Сидэро?.. Подумал-подумал и решил, что ничего страшного не произойдёт: никто не поверит в то, что самый богатый человек в империи, богаче разве что только сам император, зарабатывал бы себе на жизнь подобным способом… Скорее всего, все решат, что я таким образом попросту развлекался: «любил» красивых девушек, да ещё и брал с них за это деньги.
Мысленно хохотнув, я решил, что деньги с «клиенток» всё же брать не стану: совесть и воспитание не позволят… А после с ободряющей улыбкой сказал девушке, что я, вообще-то, с этим завязал, но для такой милахи, как она, готов сделать исключение. А потом сообщил ей адрес и время свидания.
Встреча с огневичкой прошла выше всяких похвал и мы оба остались довольны. А дальше, как говорится, трубу прорвало: ко мне чуть ли не каждый день подходила очередная девушка и просила лишить её девственности или, если она уже не была девственницей, провести ей мастер-класс в любовных утехах. При этом большинство этих девушек предлагали встретиться повторно, а некоторые так, вообще — сделать наши встречи на регулярной основе… Из-за чего мой проститутский график был полностью забит, а я весь месяц ночевал в борделе.
Само собой, деньги ни с одной девушки я так и не взял, а каждой говорил, что она особенная, из-за чего ей скидка в сто процентов.
Не сказать, что за это время моя внешность сильно изменилась: я до сих пор оставался худым, лысым, страшненьким подростком… А этот ажиотаж на мои услуги мужской проститутки, как я понял по доносившимся до меня слухам, был вызван девичьей модой, словно на бренд новой одежды или косметики… Мол, ты ещё не спала с Сидом?.. Фу-фу-фу, значит, ты ещё толком ничего не знаешь о сексе и до сих пор остаёшься неопытным бревном… А когда ты выйдешь замуж, муж тебя не будет любить и хотеть и станет ходить на лево, к более опытным женщинам.
Я же только удивлялся заковыристым путям женской логики и продолжал трудиться, как тот кролик.
К концу месяца я поймал себя на мысли, что стал смотреть на голую девушку не с вожделением, а с неким исследовательским интересом: оценивать размер и форму груди или соска; разглядывать причёску на лобке или считать на её теле родинки… Что, когда за одной «клиенткой» закрывается дверь, а потом в неё тут же стучится другая, то я уже с усталым вздохом говорю: «Войдите».






