— Да вы с ума сошли! — кипятился маг — За эти деньги можно купить весь этот город вместе с жителями и их блохами! На рынке в порту Риакиа они стоят по двадцать пенни за мешок. Это в сто раз дешевле.
— Не в сто, в марке шестьдесят четыре пенни, — поправил его тот эльф что старше. — Вы плохо считаете, маг-человек, имени которого мы не спрашиваем. И мы не навязываем сделку, вы можете спокойно съездить в ваш этот порт Риакиа и купить минерал.
Эльфы умели иронизировать, я не знал точного расположения порта, но это было в нескольких сотнях лиг.
Я усмехнулся. Мне нравился подход эльфов, они в первую очередь были бизнесменами. С такими сваришь кашу.
— Я беру партию и заплачу сейчас же, если товар тут, — решительно сказал я.
Эльфы едва заметно кивнули.
Молодой эльф молча поднялся, подошёл к одному из ящиков и достал из него тяжёлый мешок из плотной ткани. Он положил его на стол.
Я развязал его и заглянул внутрь. На дне лежали несколько невзрачных, тёмно-серых камней, похожих на куски застывшей лавы. Они были холодными на ощупь, и от них исходило странное ощущение… пустоты. Словно они вытягивали тепло и свет из окружающего пространства.
Я отсчитал деньги и положил их на стол. Эльфы молча сгребли монеты. Сделка была завершена.
— С вами приятно иметь дело, эльфы, имён которых я не спрашиваю.
— Вот как? А вашему другу эта сделка не по нутру.
— Мы с вами не золотые марки, чтобы всем нравиться, верно?
Эльфы синхронно кивнули.
— Если вам что-то ещё понадобится, эти дверь открыты для вас, герцог.
— Понадобится. Я тут такие дела творю, что мне не раз понадобятся поставки от вас.
* * *
— Теперь вторая часть плана, — сказал я Фомиру, когда мы снова оказались на грязных улицах Бинндаля. — Нам нужен человек с навыками в сфере геометрии.
— Кто? Зачем? — маг посмотрел на меня так, будто я предложил ему найти русалку в луже. — Ты издеваешься? Что ты собрался чертить?
— Портрет твой закажу, любоваться буду. Фомир, соберись! Ты же сам среди прочего говорил, что, допустим, семилучевая звезда — мощный собиратель магической энергии?
— Да, это правда, хотя сильнее всего тридцатитрёхлучевая.
— Давай не будем хватать с неба звезды. Компромисс. Что-то достаточно сильное, но то, что мы сможем создать. Чем рисуют звезду?
— Как ни странно, чем угодно. Углём, кейнской солью, порошковым железом, хоть карандашом. Тебе нужен человек, который сможет начертить идеальную семилучевую звезду. Прямо на земле, на досках, на камне, словом, на любой поверхности.
— Я так и понял. Но чем ровнее она, тем сильнее.
— Да, это важнее всего. Это ведь не просто рисунок, герцог, а математически выверенная фигура, где каждый угол и каждая линия будут безупречны. Для ритуала это критически важно.
— Ну вот. Поехали на тракт.






