— А что они включают? Следить, чтобы я не выпрыгнул в окно и не испортил королевский газон?
На его лице не дрогнул ни один мускул.
— Я должен обеспечивать Ваши комфорт и безопасность.
— Мою безопасность или безопасность окружающих от меня? — усмехнулся я.
Он проигнорировал вопрос. Склонил голову в формальном поклоне и направился к двери.
— Постойте, — остановил я его. — Передайте своему хозяину, что я оценил его гостеприимство. Но сидеть без дела я не привык. Если меня не собираются казнить в ближайшее время, я хотел бы получить книги. По истории и географии Маэна. И свежие карты.
Он снова замер у двери, не оборачиваясь.
— Я передам Вашу просьбу, милорд.
Дверь закрылась, я снова остался один.
Глава 2
Чужой секрет
Я сел за стол и посмотрел на завтрак. Яйца, жареный бекон, свежий хлеб, варёная крупа, кувшин с соком. Пища лорда.
Злость никуда не делась. Она просто остыла, сжалась в тугой, холодный комок в груди, превращаясь из ярости в топливо.
На третий день моего добровольно-принудительного заключения дверь наконец-то открылась без стука. Я не обернулся, продолжая смотреть в высокое стрельчатое окно на сад, за которым ухаживал слуга. Слуга работал, а у стены как статуя стоял гвардеец.
— Надеюсь, ты тут не скучал? — раздался за спиной до боли знакомый спокойный голос с лёгким протяжным английским акцентом, который был различим даже в словах местного языка.
Впрочем, в Гинн столько наречий и выговоров, что этого никто не замечает, а для него это просто способ проявить характер, свою личность.
Я медленно обернулся. Эрик.
Он не изменился внешне, всё та же причёска и бритые щёки, но что-то в нём стало другим. Исчезла даже тень той походной простоты, которая была у него, когда мы делили котелок и отбивались от республиканских наёмников в долине Двух Лун.
Теперь он был одет в строгий, идеально подогнанный камзол тёмно-синего цвета, на груди серебряная брошь в виде стилизованного паука. Он двигался бесшумно, а его взгляд… это был взгляд оценщика, математика, аналитика, да того же паука с брошки, рассматривающего муху, запутавшуюся в его паутине.
— Да, конечно, мля, не скучал, — мой голос прозвучал глухо и чуждо в этой тишине. — Три дня я сижу здесь и разглядываю в окне долбаные лилии.
— Это грициндии, очень красивый местный цветок, — поправил меня Эрик.
— В задницу цветочки. Последнее, что я помню — это победа. А потом ты и твои клоуны в синих плащах. Это теперь так называется подкрепление? Опаздывать на войну и забирать победителя с поля боя?
Он позволил себе лёгкую, едва заметную усмешку, проходя вглубь комнаты и садясь в кресло у стены.
— Твоё участие там больше не требовалось,
а тебе уготована куда более существенная роль.
— Может, я сам свою роль определю и не надо ко мне лезть?
— Ты выиграл битву, Рос.






