ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Рос Голицын победил, но победу у него украли, вернее сказать, украли его самого и кто? Эрик!
Нашего парня прижимает к бортику король Маэна, считая что сможет им крутить и заставить служить себе как собачку.
Однако наш парень даже перед богами не прогнулся, и сейчас станут пробивать свой путь и в своих интересах.

Не пленник Я до последнего надеялся что у магов ничего не получится, что сработает защита Анаи, но… Всё что перед «но» может не иметь значение. Мир сначала схлопнулся в ослепительную точку, а потом взорвался калейдоскопом боли и тошноты. Секунду назад я стоял на истерзанных улицах города Каптье, вдыхая густой, пьянящий воздух победы, смешанный с дымом, гарью, горелым железом и кровью. А через короткую вечность гигантский пёс смерти выплюнул меня, как надоевшую кость, на идеально ровные плиты незнакомого двора. Воздух был чистым, прохладным и пах озоном, как после грозы, и ещё чем-то сладким, цветочным, словно в чудесном саду цвели ядовитые растения.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— А что они включают? Следить, чтобы я не выпрыгнул в окно и не испортил королевский газон?

На его лице не дрогнул ни один мускул.

— Я должен обеспечивать Ваши комфорт и безопасность.

— Мою безопасность или безопасность окружающих от меня? — усмехнулся я.

Он проигнорировал вопрос. Склонил голову в формальном поклоне и направился к двери.

— Постойте, — остановил я его. — Передайте своему хозяину, что я оценил его гостеприимство. Но сидеть без дела я не привык. Если меня не собираются казнить в ближайшее время, я хотел бы получить книги. По истории и географии Маэна. И свежие карты.

Он снова замер у двери, не оборачиваясь.

— Я передам Вашу просьбу, милорд.

Дверь закрылась, я снова остался один.

Глава 2

Чужой секрет

Я сел за стол и посмотрел на завтрак. Яйца, жареный бекон, свежий хлеб, варёная крупа, кувшин с соком. Пища лорда.

Злость никуда не делась. Она просто остыла, сжалась в тугой, холодный комок в груди, превращаясь из ярости в топливо.

На третий день моего добровольно-принудительного заключения дверь наконец-то открылась без стука. Я не обернулся, продолжая смотреть в высокое стрельчатое окно на сад, за которым ухаживал слуга. Слуга работал, а у стены как статуя стоял гвардеец.

— Надеюсь, ты тут не скучал? — раздался за спиной до боли знакомый спокойный голос с лёгким протяжным английским акцентом, который был различим даже в словах местного языка.

Впрочем, в Гинн столько наречий и выговоров, что этого никто не замечает, а для него это просто способ проявить характер, свою личность.

Я медленно обернулся. Эрик.

Он не изменился внешне, всё та же причёска и бритые щёки, но что-то в нём стало другим. Исчезла даже тень той походной простоты, которая была у него, когда мы делили котелок и отбивались от республиканских наёмников в долине Двух Лун.

Теперь он был одет в строгий, идеально подогнанный камзол тёмно-синего цвета, на груди серебряная брошь в виде стилизованного паука. Он двигался бесшумно, а его взгляд… это был взгляд оценщика, математика, аналитика, да того же паука с брошки, рассматривающего муху, запутавшуюся в его паутине.

— Да, конечно, мля, не скучал, — мой голос прозвучал глухо и чуждо в этой тишине. — Три дня я сижу здесь и разглядываю в окне долбаные лилии.

— Это грициндии, очень красивый местный цветок, — поправил меня Эрик.

— В задницу цветочки. Последнее, что я помню — это победа. А потом ты и твои клоуны в синих плащах. Это теперь так называется подкрепление? Опаздывать на войну и забирать победителя с поля боя?

Он позволил себе лёгкую, едва заметную усмешку, проходя вглубь комнаты и садясь в кресло у стены.

— Твоё участие там больше не требовалось,

а тебе уготована куда более существенная роль.

— Может, я сам свою роль определю и не надо ко мне лезть?

— Ты выиграл битву, Рос.