ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Приключения Гриши в СССР конца 80-ых продолжаются. Мужчина с уголовным опытом из нашего времени попадает в тело 18 летнего парнишки в 1988 году. Его брата ищет милиция, а пацана с сознанием нашего современника отправляют в "Бутырку". Лихие 90ые уже начинаются, молодые парни сбиваются в бригады, к первым миллионам стремятся кооператоры и все это в условиях слабеющей власти и развала страны.

"Студент: Месть" 16 октября 1988 года, г. Фомин Николай Алексеевич Фома вышел из ресторана и закурил. Мимо крыльца проезжала коляска с запряженной лошадью, иногда на такой катались гости заведения, но сейчас та была пуста. Впрочем, Фомин ничего этого не замечал, он смотрел куда-то в сторону реки, что тонкой лентой огибала заведение и пытался рассуждать о превратностях судьбы. По сути, простая встреча на которой он мог вообще не присутствовать. Чтобы нахлобучить лоха за пять штук бакинских уплаченных вдовой достаточно было и Рыжего с парой быков отправить.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Надо пересечься с братом – вопросов к выходным накопилось изрядно. А именно два. Устроить встречу с ментом по Авриль, ну и непростой разговор по Фоме и компьютерной фирме предстоял тоже. Да, придется делиться процентом от будущей прибыли, но оно и к лучшему. В одиночку бы я такое дело прикрыть не сумел. Как говорится, бери ношу по себе, чтоб не падать при ходьбе. Да и надо уже завязывать бригаду военных профессионалов на себя. Это пока преимущественно дела решаются кулаками и ножами. Но уже со следующего года в стране вопросы начнет решать огнестрел.

Ну, а вечером, после того как мы шумной ватагой выгрузились из автобуса и зашли через КПП на территорию комендатуры, возле здания штаба меня в который уже раз поджидал Хвальнов. С неизменной папироской в руках и с хитрым прищуром. Я будто физически чувствовал, как его серые глаза пробегаются по мне, ощупывают, чуть ли в карманы не заглядывают. Профессиональное у мужика, но от того не легче.

- Ну что привет, Ванга! – улыбнулся мне мужчина, – как первые выходные на воле?

- Маловато времени, товарищ начальник, – хмыкнул я.

- Ну хорошего понемножку, – он сделал затяжку. Клубы густого дыма от папиросы на секунду скрыли лицо мужчины, тот махнул рукой, отгоняя от дым, – ты в курсе, что в субботу Спартак с Динамо Киев играет?

- Конечно. Хотите отыграть свой коньяк?

- Отыграть? – хохотнул мужчина, – не только отыграть, но и выиграть у товарища Немчинова ящик сверху. Он, кстати, из Киева и ставить будет на Динамо. Так что только не говори мне, что хохлы победят.

- Да не буду говорить, – пожал я плечами и начал вспоминать домашнюю игру 88 года. Спартак точно победил. Помню матч был довольно тяжелый и вязкий, заколотил единственный гол кто-то из нашей обороны. То ли Бубнов. То ли Суслопаров, – 1-0, победит Спартак! Во всяком случае я так думаю.

- Ну смотри, Слава, – ткнул в мою сторону указательным пальцем Хвальнов, помотав им в воздухе грозно, – если опять пролечу, то можешь на выходные прошение в город не подавать

- Так в прошлый раз я вам подсказал верно. Что значит «опять пролечу»? – удивился я

- А потому что убедительнее надо быть Григорьев. Убедительнее. – кинув бычок в урну ловким щелчком пальцев, опер развернулся к штабу, – эх, молодежь. Всему вас учи! – дверь за начальником закрылась, а я пошел в общагу. Перед тренировкой нужно было принять душ и перекусить. Странный у нас симбиоз получался с начальником. Если ставка не сыграет, я в накладе. А если сыграет, то что? Впрочем, хорошее отношения опер. части тоже дело не лишнее.

18 октября 1988 года, Московский металлургический завод «Серп и Молот», Лазарь Моисеевич Шапиро

С утра по раньше Лазарь Моисеевич уже ехал на своей Волге в сторону улицы Золоторожский Вал, где располагался московский металлургический завод «Серп и Молото».