Святослав Степанович Григорьев
Вторник прошел в ударном труде. Кто-то со стороны едва ли бы назвал работой вынос гос. товара со склада через дыру в стене, но ведь таскать строительные материалы тоже труд, верно? А труд за который ты получаешь деньги – работа и есть. Ну а в среду утром я сразу же подошел к Прохору. Пока тот не успел залить шары. Отвел бригадира в сторону, попросил отпустить меня после обеда на три-четыре часа в город и сунул пузырь водки прямо в гостеприимно оттопыренный растянутый карман рабочей куртки.
- Кхе. Так значится? - Прохор подумал для солидности несколько секунд, посмотрел на меня и на торчащее из кармана горлышко, а потом великодушно махнул рукой, – Иди! Только до конца смены, чтобы был как штык! Чтоб я за тебя не краснел, понял Григорьев? - я конечно же все понял и клятвенно пообещал к пол шестому быть на объекте.
До обеда время пролетело быстро. Предупредил своих подельников, что сегодня придется поработать без меня и покинул стройку. Такси поймать много времени не заняло. Брата я о приезде предупредил еще вчера по телефону, так что теперь ехал в их секретный подвал, точно зная что меня ждут. Пол часа вглядывался через окно авто в пейзажи Москвы. Вдоль дорог стояли старые здания с характерной архитектурой советских времен, между которыми прятались небольшие парки, где ещё можно было увидеть людей в теплой одежде, гуляющих с детьми или выгуливающих собак. Воздух был свежим, и, несмотря на приближающиеся дожди, в целом день был ясным. Деревья уже скинули большую часть листвы и столица смотрелась холодной и негостеприимной. В отличии от улыбающейся физиономии моего брата, которая как обычно лучилось довольством, когда я к нему наконец доехал.
- Ну проходи, брат! Раз уже приехал, – обнял меня Вова и повел в свой кабинет, в котором мы неделю назад так весело выпивали. Жаль сегодня повод для встречи был не таким веселым. За столом уже сидел и ждал моего прихода Рэмбо, тот лениво перекатывал свой любимый ножичек по внешней стороне пальцев. Такие трюки я видел с казиношными фишками или монетами. Чтобы кто то проворачивал подобное с ножиком наблюдал впервые.
- Привет, Слав, – поднял Роман на меня свои рыбьи безэмоциональные глаза, – чай будешь?
- Не откажусь. А если кофе есть, то вообще отлично, – сел я на диван напротив вояки. Впрочем, тот быстро поднялся и засуетился у маленького бокового стола, придвинутого к стенке в углу комнаты. Закинул кипятильник в чайник и достал банку кофе «Нескафе Классик». Черно-красная банка приковала мой взгляд, в основном потому, что надпись была полностью на русском. «Нескафе Классик в гранулах». В прошлую жизнь я такую не помнил.






