Небо над Порт-Арми напоминало синяк, наливающийся густой, чернильной тяжестью. Если бы я был в мягком кресле перед монитором, сказал бы, что разработчики перекрутили настройки атмосферности, выкрутив ползунок «Драматизм» на максимум. Но кресла не было. Был доспех, ветер и запах.
Я задействовал Птичий пастух, чтобы провести разведку над городом, успел увидеть, что пираты в районе порта грабят склады, но почти сразу же вернулся к ситуации на поле боя.
Я видел, как изменились лица морских волков. Минуту назад они были хозяевами положения, грабили прибрежный город, предвкушая богатую добычу… А теперь на них накатывала волна, состоящая из тех, кого годом ранее в приличном обществе вешать без суда. Каторжане, заключённые, висельники и наёмники, объединённые одной простой идеей: если мы не убьем их, они убьют нас. Самая честная мотивация во Вселенной.
— Держать строй! Не рассыпаться! — орал Ройнгард, который за время войны твёрдо выучил, что строй — это альфа и омега, это то, что сохраняет жизнь. Ты можешь быть слабее физически, медленнее и не так здорово обучен. И всё равно ты будешь жив и даже победишь, если тебя будет прикрывать парень справа, а ты прикроешь того, кто слева, хорошо держать щит и не зевать.
Пираты огрызались. Они тоже были не дети, а эта драка далеко не первая в их жизни. Пираты привыкли резать глотки за лишний золотой. Засвистели стрелы, короткие, с чёрным оперением. Злые осы, ищущие
незащищённую плоть.
Мой взгляд, отточенный тысячами виртуальных боев и несколькими десятками реальных, выхватывал отдельные фрагменты боя, которые выбивались из общей картины.
Первый полк, та немногая часть, которая была на улицах, выбила тех пиратов, что были рядом. Но жёсткая дисциплина Хайцгруга держала их на позиции, так что перед ними образовалось свободное пространство.
Вот один из эльфов Сводной, который в отличие от предыдущих, дрался на улице в непосредственной близости от орков Первого полка, выдвинулся слишком далеко. Он вскинул лук, грациозно, как на картинке, но забыл, что в реальной жизни не только ты стреляешь, но и в тебя.
Один из орочьих сержантов издал резкий вскрик и несколько пиратов повернулись вправо. У них были арбалеты, короткие, но убойные. И они тут же нажали на спуск.
Я хотел было крикнуть «Назад!», но птица издала лишь вскрик. Так, кстати, я узнал, что частично могу контролировать голосовые возможности птицы, которую захватил.
Болты устремились в эльфа и тонкая кожаная броня от болтов бы точно не спасла.
Однако в это же мгновение огромная тень заслонила собой щуплую фигуру эльфа. Хайцгруг. Командир полка, живой носитель отваги, тот, кто согласился совершить казнь по моему приказу в окрестностях Принстаунской каторжной тюрьмы бесконечно давно.






