Сплошная линия обороны перестала существовать.
Глухие удары марша, Фрей перебросил к нам резерв. Из боковых проходов выступила свежая резервная коробка алых троллей.
Следом за исполинами к периметру хлынули серые гоблины. Сутулые фигуры десятками вываливались из узких боковых щелей. Жрец использовал их как поддержку
«танков» — сковывать мою прорвавшуюся нежить.
Танкред мгновенно перенаправил уцелевших поджигателей на свежую угрозу. Расходный материал с кувшинами бросился наперерез резервной волне. Командир не давал противнику сомкнуть ряды и восстановить стену.
Очередная порция зажигательной смеси разлетелась о броню второй волны. Схема сработала. Клейкий огонь проник в стыки пластин. Свежее подкрепление потеряло строй и превратилось в новый очаг паники ещё на подступах.
Тем временем одиночные поджигатели уже охотились за оставшимися на ногах троллях.
И вовсю начинал действовать вторичный поражающий фактор. Вонючий густой дым стал заполнять градирню. В воздухе повис запах горелой плоти и безмерно вонючей алхимии. Бурая пелена растеклась во все стороны, ухудшая видимость.
Фрей понял, что я нашёл против его козыря своего джокера, стал экстренно перекидывать на этот участок новых троллей и пехоту серых гоблинов.
Однако живые резервы Фрея захлебнулись в вонючем дыму. Вонь была такой, что они заходились в хриплом кашле, слепо толпились у выходов из туннелей. Плюс — не было нормальной видимости, пехота поддержки потеряла ориентацию и не смогла восстановить строй.
Зато токсичная среда не мешала армии Штатгаля. Газ и плохая видимость не имели значения для костяных солдат. Танкред хладнокровно направлял отряды в разрывы между горящими троллями, давил участки, где тролли не сдались и не запылали, перехватывал группы серых гоблинов.
Мёртвый рыцарь игнорировал судорожные попытки противника стабилизировать оборону.
Голос жреца снова прокатился по залу:
— Будь ты проклят, ублюдок!
Тон заметно изменился. Торжествующие нотки исчезли.
«Фомир, давани ментальной магией. Добавь страха».
«Их поддерживает алтарь, они сейчас как фанатики», — возразил он.
«И тем не менее. Постарайся выбить эту необоснованную радость их голов, остальное сделает огонь и дым».
Инстинкт самосохранения конфликтовал с навязанной жрецом волей к битве.
Ослепшие тролли хаотично размахивали оружием, задевали своих. Лишившиеся части брони исполины стали уязвимыми мишенями. Обычные скелеты кололи обнажённую плоть ржавыми клинками в ближнем бою. Перехваченные стрелки добивали израненных гигантов с высоты баррикад. Причём дым не мешал им целиться.
Резерв погибал в дыму вместе с остатками первой линии.
Танкред закреплял успех. У него были ещё незадействованные силы, и он подтянул их через проломы.






