ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Боги ненавидят титанов. Боги ненавидят друг друга. Боги презирают смертных. Боги грозятся разрушить мир.
И есть Рос Голицын. Ему плевать. Он просто выигрывает войны.

Столица гномов Для переброски из Цитадели использовался второй плац. Портальные кольца поставили туда временно, что говорится, на пять минут. Армия Штатгаля выстроилась в коробки и сейчас в нетерпении почёсывалась, ворчала и переругивалась от нетерпения. Боевая машина прогрета и ждёт команды на старт. Мурранг и Хрегонн всем своим видом демонстрировали нетерпение. Братья-квизы стояли чуть впереди гномьей пехоты и рвались кинуться в бой, помочь соплеменникам спастись от нападков прихвостней Тейла. К сожалению, я не мог прокачать их при разрушении алтаря Тейла, хотя с точки зрения общей стратегии это было бы лучшим выходом.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И мы снова встретимся на поле битвы!

Тишина повисла в воздухе. Парганас некоторое время молчал, бросил на меня долгий взгляд, намекающий на необходимость говорить.

— Ноокинун не умирал, — тихо, но отчетливо сказал я. — Как и Целум с Теллурой. Он покинул Гинн. Такова его новая судьба. Он больше никогда никуда не вернётся.

Элтагон дернулся, словно его ударили.

— Подлый предатель! — воскликнул Элтагон так громко, что вороны, которые уже стали собираться на месте битвы чтобы начать свой страшный пир, ринулись во все стороны. — Когда я освобожусь из этой клетки, клянусь — я найду его и покараю! Вырву его сердце!

Парганас едва заметно улыбнулся и снова посмотрел на меня.

— Итак, Рос, ты заключил сделку и исполнил её. Даже не одну. Ты обещал нам победить богов и победил. Мы были против существования Титана в Гинн, вплоть до готовности начать против него и всех, кто станет на его сторону, войну. И эту проблему ты решил. А ещё создал массу новых. Ты бездумно инициировал массу полубогов, хотя не имел никаких прав на это.

— Не бездумно, в каждом была необходимость, — я с трудом разлепил ставшие сухими губы. — Я остановил восстание нежити и контролирую дальнейшие инициации, создал антинекротическое зелье. Хайцгруг способен уничтожать драконов, Фомир поддерживает мою магию, Танкред рулит нежитью.

— Пусть так, — перебил меня Парганас. — После сделки с Ноокинуном ты отвечаешь за работоспособность порталов и держишь межмировые порталы. Ты согласен на это, Рос Голицын?

— Согласен.

Все взгляды устремились на меня, не на пленного бога.

— Перед лицом богов, в том числе пленного, ты подтверждаешь слова об ушедших, Рос? — серьёзно спросил Парганас. — Что мы можем забыть о них?

— Я официально подтверждаю и да будет вам известно, — продолжил я, повысив голос. — Ноокинун по своей воле ушёл в Мидден. Он забрал с собой Титана Тайфуна, моего друга и огромное количество серых гоблинов, алых троллей, гноллов, которых просто пожалел. При этом бог-кочевник сжёг межмировые нити, так что мы никогда не увидим Мидден, как и его обитатели не увидят нас.

Парганас кивнул и посмотрел на своих собратьев.

— И это нас устраивает, — он обвёл рукой горизонт, показывая

на все четыре стороны Гинн. — По углам мира осталось лишь какое-то количество недобитых тварей, которых притащили сюда восставшие предатели. Грязь, которую герои вычистят в ближайшие годы. Но на ближайшую тысячу лет… — он сделал многозначительную паузу, — Устанавливается мир.

Парганас поднял руки повернув ладони вверх, к небу. Небо сделалось голубым, тучи расступились и показалось яркое, но холодное, горное солнышко.

С чистого неба ударила молния — ослепительная, чистая, неестественно белая — и обрушилась прямо на алтарь, рядом с которым мы стояли.