ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Первый том:
Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Враньё. Перед глазами проносятся плиты перекрытия и куски бетона. Ну а потом — новый мир, средневековье, чужое тело и печь, которую надо сложить до возвращения заказчика.

Последний виток лег на бочку ближе к полудню, и я отступил на шаг полюбоваться. Сто метров силового кабеля уместились на широченной таре до обидного скромно, витков вышло всего ничего, и со стороны намотка тянула разве что на запас бельевой веревки. Но я-то знал, что здесь лежит, поэтому стоял и улыбался, глядя не на бочку, а сквозь нее, на строчки, которые повисли перед глазами. [Обкатка технологии протяжки завершена] [Путь Созидания III: 53% → 76%] [Условие пересечения первого порога по Пути Разрушения: выполнено] [Условие пересечения первого порога по Пути Созидания: не выполнено] Пару секунд я честно вспоминал, за что мне вообще зачли Разрушение, а потом из памяти всплыл голем, и я усмехнулся.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Остается вязкая до одури смола, ей бы намертво склеить крылья и те же отверстия, и никакая тварь больше не взлетит. Мысль неплохая, спору нет, вот только вся собранная смола лежит в бочках у ельника, за спиной, вместе с половиной отряда. Да и намазать осу смолой выйдет разве что в мечтах, она же не сидит смирно и лапку под кисточку не подставляет. Так что смолу я мысленно отложил в сторону, к прочим красивым, но бесполезным задумкам.

Вся закавыка в том, что мои знания годятся для твари размером с ноготь, а надо мной кружит зверюга во много раз крупнее и тяжелее, да вдобавок не одна. Раздуй букашку хоть впятеро, и веса в ней прибавится не впятеро, а куда больше, объем растет в кубе, тут-то любая проверенная отрава и оборачивается издевкой, ведь на одну такую осу нужна бочка мыла или мешок извести, а их наверху уже добрый десяток набирается.

И кто, спрашивается, надоумил местную живность вымахать до этакой дури, сидели бы себе мелкими, как у нормальных людей заведено. Эх, сюда бы сейчас обычный баллончик, пшикнул издалека и пошел себе дальше по делам, да только этот мир до подобной роскоши пока не дорос, а мне без нее только и остается, что ругаться сквозь зубы да завидовать самому себе прежнему.

Собственно, все эти размышления заняли у меня меньше секунды, вариантов набралась масса, и ни один толком не годился в том виде в котором они осели в мозгу, надо бы доработать.

Раскрутить их до ума я, правда, все равно не успел, решение нашлось само, причем пришло оно ровно оттуда, откуда не хотелось бы. В голове только-только начала собираться свежая идея, чем можно ответить осам, и взгляд как раз зацепился за здоровенную корзину, что еще недавно висела у Больда за спиной. Корзина медленно летела вниз, а вот самого Больда при ней уже не наблюдалось.

— Пчёлок не обижать, падлы! — прорычал здоровяк, пока в голове у него еще оставались остатки разума, дальше слова было уже не разобрать. Красный от злобы и переизбытка Основы снаряд рванул вперед, взмыл в воздух, и первая оса посыпалась вниз по частям. Остальные умом не блеснули, даже не развернулись и не улетели, что и стало их главной ошибкой.

—

А вы хрен ли встали⁈ Валим! — Кейн оказался куда сообразительнее ос и скомандовал отступление. Мужики кинулись разворачивать телеги, и ему пришлось раздавать подзатыльники, мол, какие еще телеги, ноги уносим!

Кейн умный, он молодец. Я тоже молодец, но, видимо, по интеллекту все-таки ближе к осам, потому убегать не стал. Ну а что? Во-первых, когда еще увидишь, как… Ой, еще пять ос пошли на запчасти. Оказывается, дыхальца затыкать не обязательно, если они от одного удара оказываются в десятке метров от бывшей владелицы.