ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Первый том:
Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Враньё. Перед глазами проносятся плиты перекрытия и куски бетона. Ну а потом — новый мир, средневековье, чужое тело и печь, которую надо сложить до возвращения заказчика.

Последний виток лег на бочку ближе к полудню, и я отступил на шаг полюбоваться. Сто метров силового кабеля уместились на широченной таре до обидного скромно, витков вышло всего ничего, и со стороны намотка тянула разве что на запас бельевой веревки. Но я-то знал, что здесь лежит, поэтому стоял и улыбался, глядя не на бочку, а сквозь нее, на строчки, которые повисли перед глазами. [Обкатка технологии протяжки завершена] [Путь Созидания III: 53% → 76%] [Условие пересечения первого порога по Пути Разрушения: выполнено] [Условие пересечения первого порога по Пути Созидания: не выполнено] Пару секунд я честно вспоминал, за что мне вообще зачли Разрушение, а потом из памяти всплыл голем, и я усмехнулся.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Маленький рой пчел, с маткой, строителями и прочим хозяйством, — обронил я как бы между делом, но ложка царапать дно перестала. Действительно ведь забыл об этом сообщить, всё как-то о другом общались.

— В смысле? — Кейн замер.

— Ну вот так. Но сразу говорю, если ты вздумаешь возражать, то…

— Да в смысле возражать⁈ — он чуть не подскочил. — Это такие же особые пчелы, как здесь? Ты хоть понимаешь, что их никто не разводит! А знаешь почему?

— Понимаю, конечно, опасные они, — я кивнул. — Но ты не кипятись, селить их будем не в самой деревне, а чуть поодаль… — про то, что это «поодаль» отмерено шагов на сто от главных ворот, я благоразумно промолчал. — Ну и если что, договоримся, чтобы своих не жалили.

— Да срать на своих, пусть жалят, это не смертельно! — Кейн замотал головой. — Не разводят их не за это! Они сами не плодятся и с людьми не селятся, только если королева прикажет, а она умная тварь, такого приказывать не станет!

— А, ну эта как раз приказала, — я даже удивился. — Сама предложила, я и не просил вовсе, так, обмолвился, что неплохо бы переселиться… — Кейн уставился на меня квадратными глазами, и я на всякий случай выдержал паузу. — Так ты не против?

— Конечно нет! — кубик едва не выпал у него из рук. — Это ж сколько кексов я теперь напеку… И Вельта в баню пускать не придется!

— А баранов пустишь? — не удержался я.

Ответа на это не последовало, а по лицу Кейна ясно читалось, что послать меня подальше ему хочется до скрипа в зубах и зуда в руках, вот только нельзя, медок-то тоже нужен.

В общем, доволен я остался не зря, Кейн задержаться согласился, да и сам загорелся, а значит, можно браться за оборону. Пчелы тем временем гостинцы всё несли и несли, вон какая горка выросла у выхода из улья, пока мы точили лясы.

Первым делом я наладил доставку от улья к телегам, разом такую гору вниз не спустишь, скала-то отвесная. Забрался наверх, вбил в трещину между камнями жердь, перекинул через нее веревку и закрепил, а дальше проще некуда, ведро уходит вверх пустым, наверху его загружают, на веревке спускают, а внизу перекладывают на телеги. Устроил все так, чтобы и самим пчелам ехать было удобно, корзину с принцессой решили поставить поверх остальной поклажи.

Следом мы с Кейном полезли наверх, и, пока работяги таскали да грузили, а опухший Больд отсиживался внизу в своей лунке и отходил после утренней разминки, взялись за планирование обороны.

А дано нам, прямо скажем, негусто, арсенал скудный, мешочек негашеной извести из корзины Больда да смола, за которой еще топать к роще. Осиных нор я насчитал штук пять, каждая уходит в породу метра на два-три и тянется в сторону расщелины, вход узкий, так что после и воском заделать недолго.