ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Страна ещё едина, но то там, то тут что-то рвется, ломается, корежится. Но пока держится. Хотя, кажется, предел прочности уже наступил.

За окном тихо и снежно, хотя я и не в Сибири. Смотрю в окно: на дворе белым-бело, и посреди этой белизны наш Снежок. Не сразу и разглядишь его, только периодически доносится глухое, обстоятельное «гав» в сторону редкого прохожего. Новогодние праздники я отмечаю в родном посёлке, с близкими. Семейство наше за последние годы разрослось, и в доме стало тесновато. Зато шумно, весело и по-настоящему душевно. Бабуля, правда, всё чаще стала хворать — давление мучает да суставы беспокоят. В январе–феврале обязательно организую ей путёвку куда-нибудь — пусть подлечится.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Негласно её курирует моя протеже Глафира Косая, которая по совместительству работает бухгалтером в банке. Но там всего два приемных дня в неделю — по два часа вечером. Маловато, конечно, для целого избирательного округа.

Вот съезжу в Аскиз — попробую и там кого-нибудь толкового найти в помощники, чтобы открыть вторую приёмную. Всё-таки обещал избирателям две. А свои обещания надо выполнять. Иначе зачем вообще было в депутаты лезть?

В банке меня ждал неприятный сюрприз: управляющего филиалом, Толстикова Ивана Егорыча, на месте не оказалось — укатил в Москву. Странно, что я не в курсе. Глаши тоже нет — в отпуске. Надеюсь, что не в декретном.

Зато сам филиал разросся капитально. Почти всё здание театра занял.

Чёрт… оглядываю присутствующих операционистов и понимаю, что меня тут никто не знает.

— Что-то ещё, молодой человек? — вежливо, но уже с лёгким раздражением в голосе спросила тётка лет сорока за стеклом.

— Главбух в отпуске, управляющий в командировке… А кто-то за старшего есть? — пытаюсь выудить хоть какую-то информацию я.

— Вам зачем? — несколько настороженно уточнила она.

— Э-э-э… по личному вопросу… — неопределённо ответил я.

— По личным вопросам у нас приёма нет! — отрезала операционистка и нетерпеливо махнула рукой. — Проходите от окошка, видите — клиент пришёл.

— Да, парниша, свалил бы ты, мне деньги по-быстрому снять надо, — буркнул у меня за спиной здоровяк с такой бандитской физиономией, что можно было подумать: пришёл он сюда не деньги со счёта снимать, а как минимум кассу выносить.

— Потерпишь, — хамовато бросил я через плечо, не оборачиваясь.

И снова насел на тётку за стеклом:

— Так, девушка, приёма нет — и славно. Но хоть скажите, кто сейчас за главного?

Операционистка явно колебалась: послать меня окончательно или всё-таки назвать фамилию.

— Пётр Петрович, — нехотя сообщила она. — Но он не принимает. Молодой человек, отойдите от окошка и не хулиганьте!

— Кооператив «Надежда». Деньги снять! — нетерпеливо гаркнул мужик у меня из-за спины, бесцеремонно оттирая меня плечом от окошка.

Во, бля… Не был год — и уже забыли про меня! Хотя народу в банке и вправду прибавилось. Раньше тут и сотрудников-то можно было по пальцам одной руки пересчитать. А теперь — очереди клиентов. Тут тебе и кооператоры с барсетками, и какие-то суровые дядьки в дублёнках, и деловые тётки с папками. Значит, филиал развивается.

Хотя всё равно обидно. Как-никак банк этот при моём участии создавался. А сейчас смотрят на меня как на мелкого хулигана, мешающего солидным людям деньги снимать.

Отхожу, но недалеко — направляюсь к кабинету управляющего, где раньше сидел сын Толстикова. Как его… Володя, что ли.

Но того тоже на месте не оказалось. Зато в приёмной обнаружилась секретарша, которую я смутно признал.