ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Семь лет разделяют их. В прошлом: юная лейна и благородный дер, в настоящем - проклятый Перерожденный и охотница за головами... Теперь у каждого своя жизнь и свои тайны. Но прошлое не дает покоя, отравляет настоящее, наполняет души ненавистью... Где искать ответы? И станет ли им легче, когда ответы все же будут найдены?

Вейн Дойдя до края темноты, Утратив смысл бытия, Все потеряв... Дворец Смотрящих В Зале Отражений было промозгло. Девушка недовольно поморщилась – она терпеть не могла холод. Наверное, он слишком о многом напоминал. Как бы там ни было, Путница предпочитала светлые помещения и живое тепло огня. Словно в насмешку, ее слишком часто отправляли в северные пределы, в стылые земли, где даже летом все было окутано липким туманом. Да и самого лета в Темном мире не было. Она незаметно вздохнула, таясь от Мастера. Фигуры у стен застыли, словно бездушные изваяния: черные плащи в пол, маски на лицах…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Я покажу, — важно отозвалась малышка. — Только туда нельзя ходить, — она махнула веткой в сторону башни. — Там целый слой тьмы, может так ударить, что за стену улетишь.

— Я уже заметила, — пробормотала Вейн. — Тогда рассказывай, где можно.

Трини провела ее уже знакомыми коридорами, показывая, где гостиная, а где библиотека. Ничего нового Путница не узнала, но общаться с ребенком было забавно.

— А там живут Анариш и Хло. Они еду готовят. Только Анариш совсем не умеет кашу варить, прежняя эри жаловалась.

Девочка вдруг замолчала, а Вейн подобралась и напряглась. В центре комнаты, где они стояли, медленно появились клочья тумана, сгустились, уплотняясь в центре. Путница раскрыла ладони, и Трини ойкнула, увидев длинные иглы, что скользнули в пальцы эри.

— Убери свои игрушки, Вейн, — насмешливо сказал Ксандр, выходя из туманного нечто. Трини снова ойкнула и унеслась из комнаты, даже не попрощавшись. Темный посмотрел на Путницу.

— Расстегни ворот, — приказал он.

— Я не люблю, когда к моей шее прикасаются, — ровно произнесла она и сняла перчатку с левой руки. Протянула ему запястье.

Миг, и он уже стоит рядом, прижимает ее к своему твердому телу.

— А я не люблю прикасаться губами там, где побывало множество губ до меня, — посмотрел он ей прямо в глаза. — Расстегни ворот, Вейн.

Она нахмурилась.

— Ты не имеешь права требовать этого, Ксандр, — холодно возразила. — Это мне решать.

Миг, и он уже стоит рядом, прижимает ее к своему твердому телу.

— А я не люблю прикасаться губами там, где побывало множество губ до меня, — посмотрел он ей прямо в глаза. — Расстегни ворот, Вейн.

Она нахмурилась.

— Ты не имеешь права требовать этого, Ксандр, — холодно возразила. — Это мне решать.

— Ты ошибаешься. Это буду решать я, как и все остальное.

Он провел пальцем по ее щеке и сам расстегнул пуговицы на вороте ее блузы. Погладил кожу, обрисовал контур ключицы, не отрывая от нее взгляда. Вейн вздохнула и закинула руки ему на шею, прижала ладони к плечам. Иглы вошли в кожу все разом. Он дернулся, застыл, а потом усмехнулся.

— Неправильный ответ, — и губы Ксандра коснулись ее шеи.

Его губы были твердыми и сухими, такими же, как в ее воспоминаниях. Только сейчас он не целовал, а пил. Он вытягивал из нее свет жизни, каждым глотком высушивая почти полностью, до дна… И крепко держал одной рукой запястья, не давая дотянуться до клинков.

Чувствуя, как отказывает разум, Вейн сосредоточилась. Мысли тонули в вязком тумане, желание поддаться его иссушающей силе становилось непереносимым. Еще немного, и она сама с радостью отдаст ему дыхание и жизнь, станет личем, оболочкой… Она вздохнула и вспыхнула огнем, отбрасывая от себя Темного. Ксандр отлетел от нее, перевернулся через голову и приземлился на ноги.