— В гостиной появилась Рите. Она умостилась на кресле и закинула ноги на журнальный столик. — Почему меня не позвала?
— Хотелось сделать это самой. — Я перевернулась на спину и посмотрела на сестру. — Скоро закончатся каникулы, и ты уедешь. Я останусь без твоей поддержки, и мне было интересно, что я почувствую, в одиночестве прогуливаясь по городу.
— И как?
— Я Хлою встретила.
— Ого. Тебе прямо повезло. Ну, в кавычках.
— Город маленький, и она часто бывает в центре, поэтому ничего необычного. Более того, странно, что мы ее не встретили тогда, когда в прошлый раз гуляли в центре.
— А чего это ты такая расслабленная? — Сестра приподняла бровь. — Я думала, что ты будешь более эмоциональна после встречи с ней. Или вы просто прошли мимо друг друга?
— Нет, Хлоя подошла ко мне. Просто не вижу смысла зря тратить нервы из-за такой, как она. Правда, не скажу, что Хлоя меня не злит.
— Что она тебе сказала?
— Чтобы я спряталась и не попадалась
на глаза ни ей, ни кому-либо другому. Иначе она позвонит Мейсону и скажет, где меня видела. Ну я и ответила, чтобы она позвонила, раз ей так хочется. Хлоя сказала, что мне конец.
Брови Рите сошлись на переносице.
— Она совсем ненормальная? — спросила сестра.
— Судя по всему, она все еще считает, что Мейсон до сих пор хочет порвать меня на части.
— Во-первых, он никогда не желал этого. Во-вторых, брат уже сообщил всем, что тебя нельзя трогать. Если кто-то это сделает, этот человек лично может начать копать себе могилу.
— Когда Мейсон это сделал? — Я приподнялась на локтях, чуть не выронив учебник.
— Да почти сразу после того, как я привезла тебя обратно в особняк. Тогда к брату приехал Томас. Он еще не знал, что ты уже с нами, и начал рассказывать, что кто-то из знакомых видел тебя в парке. Что ты под скамейками ночуешь и помоями питаешься. Что тебе так и нужно. Ну и всякую остальную дичь нес. Ржал. Брат ему челюсть сломал. Я присутствовала при этом разговоре и быстро побежала за охраной, чтобы остановить Мейсона. Но в итоге было поздно. Брат хорошо искалечил Томаса. Он до сих пор в больнице.
— С его семьей проблем не было? — Я вспомнила родителей Томаса. Они были жутко строгими и вечно ворчали. Бароны, мнящие себя чуть ли не королями.
— Его отец приходил к Мейсону. Пытался предъявлять претензии. Кажется, угрожал и, если я не ошибаюсь, требовал деньги на лечение Томаса.
— Там были нужны какие-то огромные суммы?
— Нет. Просто этот скряга желал, чтобы Мейсон прогнулся. Если бы он заплатил за лечение, Форданы тут же начали бы требовать куда больше. Последовали бы бесконечные наезды, мол, ты изувечил моего дорогого сыночка и теперь должен мне. Фордан даже успел намекнуть, что именно Мейсон будет должен.






