Думаю, это выбило почву у них из-под ног, но скоро они смирятся, и все будет хорошо.
Мне захотелось больше разузнать про девушек, работающих в офисе. Вернее, узнать, настолько сильно они пытались сблизиться с Мейсоном, раз видели возможность отношений с ним. Но я не стала этого делать. Подобный разговор выходил за рамки того, чего мне следовало придерживаться.
Нас с Камилой прервал господин Андор. Мейсон сдержал и это свое обещание. Ремонт в его спальне. Вернее, уже теперь в нашей.
Поняв, что я занята, Камила ушла, а Андор опустился рядом на банкетку и начал спрашивать, что именно я хочу изменить в комнате. Ответа я не знала. Просто обозначила, что мы с Мейсоном будем жить вместе, но в его спальне недостаточно мебели для моих вещей. А та, что есть, встроена в стены.
Андор кивнул. Сказал, что в ближайшее время посмотрит план особняка Ридов, затем осмотрит комнату и предоставит мне варианты того, что можно сделать.
Мужчина ушел, а я еще долго сидела. Допивала кофе. Улыбалась. Воображала, как мы с Ридом будем вместе планировать нашу спальню. Я плохо представляла его за выбором тумбочек, но главное, чтобы Мейсон вообще находился рядом.
Телефон зажужжал, и я потянулась к нему, думая, что мне звонила Рите. Вот только на дисплее высветилось: «Хлоя».
Некоторое время я сидела и просто смотрела на имя. Оно вызывало далеко не лучшие эмоции. Черт, да мне вообще не хотелось отвечать на этот звонок!
Но я все же сделала это.
— Да, — сказала, прикладывая телефон к уху.
— Лив, привет. — Ее голос показался мне мерзко слащавым, но с примесью нервозности. — Мне нужно с тобой поговорить. Ты сейчас свободна?
— Не очень. — Я немного опустилась
на диване, коленками упираясь в журнальный столик.
О чем она хотела поговорить? Разве у нас есть, что обсуждать? Некогда у меня было желание спросить, почему она так поступила со мной. Более того, это казалось важным. Будто итог завершения нашей многолетней дружбы.
Но уже сейчас я понимала, что этот вопрос бесполезен. Просто Хлоя оказалась сукой. Вот и все. А главным вопросом являлось не то, почему она так поступила, а то, почему я доверилась не тому человеку. То есть вопросы я должна задавать себе, а не копаться в окружающих, с которыми и так все ясно.
— А когда ты освободишься? — Ее голос нервно дрогнул.
— Для тебя — никогда. Чего ты хотела, Хлоя? Говори быстрее. — Меня интересовало лишь одно: почему я еще продолжаю этот разговор? Почему вообще позволила ему начаться?
— Я… Я хотела сказать, что очень сильно переживала за тебя.
Я еще ниже съехала на диване и закрыла лицо ладонью, вспоминая слова сестры. Что если Хлоя попытается через кого-нибудь связаться с Мейсоном, ей расскажут о том, что он распорядился меня не трогать. Судя по голосу, Хлое также рассказали и про Томаса.
— Правда? — спросила я.






