Любой парень и любая девушка. Даже мои подруги, которые в один момент отвернулись от меня, словно я стала прокаженной. Рид тут — кто-то наподобие бога.
И выехать отсюда я тоже не могла. Когда я в последний раз пыталась это сделать, опять оказалась в руках Мейсона.
Чем больше я думала, тем хуже мне становилось. Я чувствовала себя облезлым зверьком, которого Рид загонял, показывая, что меня не жалко и уничтожить. А остальные лишь потешались. С интересом наблюдали и помогали ему.
От этих мыслей глаза начало неприятно покалывать. Неприятно ощущать то, что ты не просто больше никому не нужна — твоего уничтожения даже жаждут. Те, кто меня толком не знал, и те, кого я считала близкими.
Я потерла закрытые веки кончиками пальцев. Пыталась остановить слезы, но меня все же прорвало, из-за чего щеки опять стали влажными, но теперь не от дождя. Всхлипывая, я согнулась и лбом уперлась в колени. Плакать было легче, чем думать.
— Плачь сильнее. Ходят легенды, что если разреветься, все проблемы нахуй исчезнут.
Грубый голос незнакомца полоснул по сознанию, и я подняла голову. Посмотрела на него. Поскольку парень все еще сидел на ступеньках, я видела только его спину. И то из-за темноты не слишком хорошо.
— Я сама разберусь в том, что мне делать. — Из-за слез голос сбился. Я потерла лицо рукавом, но слезы не останавливались.
— Ты мешаешь.
— Я просто тихо сижу тут. — Я сильнее вжалась в стену, опасаясь, что он меня сейчас прогонит. — Можно я тут побуду до утра? Мне сейчас некуда пойти.
— Тебя не учили, что лучше не находиться в лесу наедине с незнакомыми мужиками? — Выдыхая дым, парень еле заметно повернул голову. Не в мою сторону. Просто вбок. — Может, я захочу сделать с тобой что-нибудь плохое? Например, связать и выебать?
— Ты этого не сделаешь, — сквозь слезы прошептала я, опять начиная тереть лицо. — Наш город закрытый. Сюда не пускают абы кого. Наверное… ты строитель. Или разнорабочий.
Я не видела его лица, но мне показалось, что на его губах появилась усмешка.
— Охуенный вывод. И с чего же он?
— Ходили слухи, что тут будут строить новый комплекс. Сейчас… собираются расчищать территорию. — Я опять всхлипнула. Не стала говорить о том, что вывод я сделала из его внешнего вида. Парень был одет очень просто. Можно даже сказать, бедно. В темноте толком не разглядишь, но, кажется, на нем были джинсы и толстовка.
К тому же… его речь. У нас в городе никто так не сквернословил. Среди аристократии — тем более. Даже прислуга тщательно следила за языками.
Из этого я сделала вывод, что парень, скорее всего, вырос в каком-нибудь бедном районе, а сюда его пустили временно, как разнорабочего для грязной работы.
И этот дом был уже старым и обветшавшим. Возможно, его выделили для строителей.
Незнакомец не ответил.






