Врач, что находился со мной рядом все это время, быстро подхватил меня по руку, придерживая спину.
— Все Милана Игоревна, остальные разговоры после, — провожая меня к нужной двери, проговорил он.
А дальше помню только, как одна схватка заканчивалась, тело на пару минут отпускало от боли, а затем снова все повторялось. Но и это в итоге закончилось. В 3.45 ночи я родила крепкого здорового мальчика.
А в 11 часов дня, после моего первого кормления сына, я узнала, что его отец погиб. Выживших в этой авиакатастрофе не было. И как бы я не молила, чтобы его не было в этом самолете, но это было не так. Как выяснилось, Лебедев Андрей Анатольевич, прошел регистрацию и сел на борт самолета.
Моя выписка с Лешей из роддома прошла без цветов и воздушных шаров. Нас встречали Тамара Николаевна и тетя Катя — родственница Андрея, которая тут же прилетела к нам, как только узнала вести о племяннике. Я не была в черном. Я его надела спустя несколько дней, когда мы хоронили отца моего ребенка. В закрытом гробу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Для меня все прошло как в тумане. Словно это было не со мной, а я была точно сторонним наблюдателем. Мою плотину прорвало, когда я вернулась в наш дом. Осознание того, что моего мужчины больше нет, настигло меня ударом, словно кувалда расшибает камень. Он больше никогда не вернется домой! Я никогда больше не смогу почувствовать его тепло, услышать голос. Его нет! Моего идеала больше нет! Слезы, рыдания, истерика — было все, вытащил из нее плач сына.
— Прости, мой маленький, прости меня, — я забыла обо всем, ты ведь голодный, — шептала я ему, прикладывая к груди. — Больше такого не будет, мама больше не будет плакать… — вытирая слезы, успокаивала сына и себя.
Потом дни, недели понеслись вперед. Конечно, я плакала еще, но уже истерик больше не было. Только тихие слезы по ночам в подушку, когда я думала, что в доме уже все спят.
Тетя Катя, кстати, осталась жить с нами. Сначала, конечно, она просто осталась меня поддержать. А когда прошел первый месяц ее жизни у нас, она засобиралась домой.
— Теть Катя, куда вы едите? Оставайтесь! — обнимая, слегка полноватую небольшого роста женщину, спросила я.
— Миланочка, да что ж я уже второй месяц буду на твоей шее сидеть? — неуверенно ответила она.
— Какой сидеть теть Кать, вы же так хорошо с Лешенькой справляетесь, как я буду без вашей помощи? — пошла я на хитрость, видя, как женщина прикипела к нашему маленькому ангелу.
— А не помешаю? — с надеждой в голосе, спросила она.
— Так, давайте вы поедите, возьмете свои вещи и полностью переедите к нам. Квартиру хотите свою продайте, хотите, сдавайте квартирантам. В общем, у вас неделя, чтобы разобраться там со всем и вернуться обратно, — в свою очередь дала свои наставления я.






