На ней один из ее фирменных свитеров, узкие джинсы и туфли, которые завязываются на лодыжках. Свитер выглядит колючим и чертовски уродливым, но я научился их любить. Нитка искусственного жемчуга украшает ее шею, а ее насыщенно-черные волосы прямые, доходящие до плеч.
— Что настолько важное ты хотел написать мне во время урока? — ругается она, когда я подхожу к ней. — Миссис Хит конфисковала мой телефон на глазах у всех и выписала мне предупреждение.
— К черту миссис Хит. — Я выхватываю у нее из рук учебники. — Скажи ей, что ты моя лучшая подруга, когда она в следующий раз будет вытворять такое дерьмо. Гарантирую, что она вернет его обратно в считанные секунды.
— Что это значит? — Она сморщила нос. — Твоя семья может быть Кеннеди из Блу Бич, но я бы посоветовала тебе успокоить свое эго, господин хороший. — Она разворачивается и садится в Charger, а я бросаю ее книги на заднее сиденье, прежде чем сесть за руль.
— Это значит, что однажды миссис Хит попыталась конфисковать мой телефон. Я привел убедительные аргументы. Она вернула его. Не хочу показаться козлом, но она меня боится.
— Ну, это действительно заставляет тебя говорить как придурок.
Я пожимаю плечами, заводя машину.
— Ты собираешься рассказать мне, что было твоим убедительным аргументом? — Она делает кислое лицо. — Боже, пожалуйста, скажи мне, что ты не спал с ней. Она замужем и ей столько же лет, сколько твоей маме!
— Нет, черт возьми. Замужние пумы[2] не в моем вкусе. Они, как правило, слишком властные. Я просто сказал, что уверен, что ее муж хотел бы знать, какое у нее любимое занятие после школы.
— Какое? — Она качнула головой в сторону. — Разве она не тренер по теннису?
— Она трахается с учителем физкультуры.
— Мерзость. — Она высунула язык. — Разве у него нет жены и, кажется, пятерых детей?
Я киваю.
— Конечно, есть.
— Откуда ты всегда знаешь такие вещи? Ты в курсе всех дел.
Я пожимаю плечами.
— Я наблюдаю за людьми. Я внимателен. Не говоря уже о том, что я иногда слежу за школьными камерами. — Я тыкаю ее в плечо. — Не думай, что я не видел, как Клинт Эванс останавливается около твоего шкафчика между занятиями.
Ее глаза расширяются, на щеках появляется румянец, и она пихает меня в бок.
— Боже мой! Ты шпионишь за мной?
— Нет. — Я с трудом сдерживаю улыбку. — Я слежу за тем, чтобы в школе была безопасная среда для обучения моих сверстников.
— Я уверена, что именно это тебя и волнует.
— И не хочу обижать бедного маленького Клинта, но чувак называет свою маму мамочкой, когда они разговаривают по телефону. — Я преувеличенно вздрагиваю. — Какое-то странное дерьмо. Я бы не брался за этого паренька.
— Ты серьезно ужасен, ты знаешь это? — Ее губы дергаются в улыбке.






