Мне точно делают надрез в груди с целью вырвать сердце, и я вынужден терпеть, потому что… не получилось. Кто-то из классиков был прав: иногда одной любви недостаточно. Или это было в фильме?
— Сама только не чини. Пожалуйста.
— Не буду. Я не умею.
Дружно, но с горечью смеемся.
— О, еще у меня теперь два котенка, — весело сообщает. — Жемчужинка и… — спотыкается. Густо краснеет и становится цвета спелой вишни, — Мерседес. Если коротко, то Мерсик.
— Значит, одиноко не будет.
Марта, подумав, качает головой.
— Когда ты будешь в Италии, заезжай, — бросает мимолетный взгляд.
— Приглашаешь в гости?
— Угу.
— Тогда конечно. Привезу тебе щеночка. А лучше пару. Бусинку и Феррари.
Марта толкает меня в плечо и заливисто смеется. Хочу обнять ее, что аж руки покалывает… Моя ладонь уже непроизвольно дергается навстречу, но я сжимаю кулак и засовываю его в карман джинсов. Сцепляю зубы и беззвучно шипя, маскирую все за улыбкой.
— Ну уж нет, Алекс. Я когда уезжать по работе буду, куда весь зоопарк дену? Сомневаюсь, что Марино настолько добрые, что согласятся присмотреть.
Смешки стихают. В квартире повисает не то гудящее напряжение, не то тяжелое молчание.
— Спасибо, что вытащил меня два года назад из дома. Это очень многое для меня значит. Ты же все устроил, да?
— Я.
— Спасибо, — повторяет, но я вижу, как она ломает себя.
Ей настолько было важно подняться самой и доказать уже не мне или всему свету, а себе в первую очередь, что она ценна, важна, и что она сильная!
— И я эгоистично не спросила, как дела у тебя.
Марта быстро накрывает на стол и раскладывает приборы. Успеваю только наблюдать за ее скоростью. Вижу ее в новом доме и то, как она обустраивается там. В груди еще больше груза поселяется. Целая тележка камней. Дыхание затруднено.
— Осталось две гонки и конец сезона. На Рождество еду в Австрию. Пожалуй, все.
Еще я планировал переезд в новый дом. С тобой, Марта. Там большая гардеробная, как ты когда-то мечтала, и большой сад. Думал, что мы вместе отметим финал сезона и останемся на какое-то время в Италии. Ты же ее так любишь. Но обо всем этом молчу, прикусывая язык до крови. Чувствую, что моя мечта покрывается паутиной трещин и рассыпается на осколки. Их не склеит ни один суперклей.
— А что с… Коупом?
Салфетка в ее руке превращается в комок ткани в одно движение.
— Логичнее спросить, что с моим менеджером.
— Прости. Как обстоят дела с твоим менеджером?
— Да ничего особенного. Составляем дело, обвинение и отправляем в суд. Пресса уже прошлась по этой истории и переключилась на дело банкира из Китая. Этот мир постоянно куда-то спешит, будто опаздывает на что-то важное.
— Наверное, нужны свидетели? В фильмах так показывают.
— Тебя, Марта, я задействовать не буду ни при каком раскладе.
— А в фильмах за меня держались бы.






