На этих двух шумных, активных детей, которые уже вообразили тут и качели, и собаку, и хомяка с целым приусадебным участком. На только-только залитый фундамент. На солнце, окрасившее в золото океан. На Макара, который опять делает вид, будто ничего особенного не происходит, хотя сам только что перевернул с ног на голову мою жизнь. И, кажется, еще немного — и спрятать слезы уже не получится.
— Кстати, раз уж все так удачно складывается… Предупреждаю сразу: на бриллианты денег у меня не осталось. Все вон туда ушло, — кивает он на фундамент. — Так что придется тебе довольствоваться этим. Ничего?
— Да черт с ним — с кольцом! — пожимаю плечами я, хотя внутри все равно что-то немножко, совсем чуточку, но сжимается. Не потому, что мне так уж нужны бриллианты. Просто… Во мне еще, наверное, жива девочка, которой хочется немного романтики.
— Да? — щурится Макар.
— Да. Мне и так хорошо.
— Врушка, — замечает он и, прежде чем я успеваю возмутиться, достает из кармана маленькую коробочку.
У меня перехватывает дыхание.
— Макар…
— Что? — ворчит он, но уши у него, между прочим, становятся совершенно предательски-красными. — Не жди, что тут что-то особенное.
Коробочка открывается и... Все он врет! Он купил просто потрясающее колечко! Именно такое, какое мне самой никогда не хватило бы наглости выбрать. Скромное, но не дешевое. Прекрасное. И почему-то до боли «моё».
Я действительно начинаю плакать.
— Господи… Да что ж ты ревешь-то? — пугается Макар. — Я же сказал — без бриллиантов. Или ты именно из-за этого, да? Я так и знал!
Я смеюсь сквозь слезы. Легонько бью его по губам:
— Дурак.
И под улюлюканье детей вешаюсь ему на шею.
Эпилог
Элла
Если бы кто-то сказал мне год назад, что мое новоселье совпадет с выпиской
из роддома, я бы, наверное, посоветовала этому человеку поменьше смотреть мелодрамы.
Но жизнь, как выяснилось, иногда закручивает сюжеты похлеще любого сериала.
Роды начались на две недели раньше.
Я к этому моменту уже почти переселилась в дом — в мыслях, по крайней мере. Реально же он стоял еще не до конца доделанный: где-то не прибиты плинтусы, где-то не повешены карнизы. Я сокрушенно качала головой, а Макар каждые пять минут повторял свое любимое:
— Я же говорил, стройка — дело небыстрое.
Он вообще оказался человеком, который любит повторять «я же говорил».
Но тут справедливости ради надо отметить, что говорил он обычно по делу.
И все равно мы успели.
Потому что если у Макара была военная дисциплина и железные нервы, то в моем арсенале имелось не менее ценное оружие — маркетплейсы.
Я совершенно неожиданно выяснила, что знаю о строительных магазинах и поставщиках больше, чем половина знакомых мужиков. Где дешевле плитка. Где нормальные двери. Где скидки на сантехнику.






