ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Позади смертельно-опасное приключение, впереди Академия. Евгений готов приступить к учебе. Да и его личный враг учится где-то поблизости, и есть шанс встретиться и выяснить уже отношения.

Граф Рысев — 2 Я даже не заметил, как за суетой пролетели три дня, которые в итоге дед выделил мне на сборы. Времени на то, чтобы хотя бы перекинуться словом с Соколовыми, у меня не было. Я даже не разобрался толком с артефактами. Смог разобраться только с принципами работы артефакта невидимости. Когда в очередной раз не увидел своего отражения, в комнату заглянул дед. Оглядев спальню с порога, он недовольно проговорил: «Где его демоны носят? », — после чего вышел и закрыл за собой дверь. Я же, убрав подачу дара к браслету, удовлетворенно кивнул.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И вот теперь она прошла мимо меня, демонстративно запрыгнула на диван рядом с Машей и опустила ей голову на колени.

— Если бы мне ещё сказали, в чём именно я виноват, то я, возможно, даже извинился бы. — Уже повернулся, чтобы выйти, но тут мой взгляд остановился на этих двух девицах. — Так, сидите вот так и не шевелитесь.

Фыра с Машей переглянулись, и Соколова осторожно погладила рысь по голове между ушей с кисточками. Я же быстро зашёл в своё купе, открыл чемодан и вытащил из него блокнот с карандашами. Прислонившись к косяку, принялся рисовать эту умиротворяющую картину.

— Что ты делаешь? — спросила Маша, в то время, как поезд слегка дернулся и покатился, набирая скорость.

— А на что похоже то, что я делаю? — ход у поезда был плавный, но всё равно рисовать стоя не слишком удобно. Тем более, что за моей спиной столпилась толпа мужиков, которым было явно нечем заняться, и они теперь пытались посмотреть, что я делаю. Наверное, думают, что я Машу обнаженной рисую. Вот как шеи вытягивают, пытаются мне через плечо заглянуть, гусаки хреновы. — Я вам не мешаю? — повернувшись к егерям, я обратился к Петровичу, которого отрядили охранять деток до портала.

— Нет, ну что вы, ваше сиятельство. — У старшего егеря хватило совести покраснеть и отойти вглубь двухкомнатного купе.

Вскоре я к нему присоединился, решив закончить рисунок в более комфортных условиях. Рысь-предательница осталась с Машей. Когда я закрывал дверь, они, кажется, решили слопать пару пирожных.

Этот вагон был так называемого первого класса. В нем было всего два купе, которые позволяли расположиться всему нашему табору. Еда входила в стоимость билетов и доставлялась на тележке красивой девушкой в таком белом фартучке… И девушка и фартучек были на высоте. Я ей улыбнулся, и, пока девушка ловко сервировала два столика: один для меня, второй попроще для моих людей, я успел набросать её портрет. Конечно, это был не полноценный портрет, но всё равно получилось довольно неплохо.

— Держите, милая барышня. Денег у меня с собой нет, чаевых я вам дать не могу, поэтому пытаюсь расплатиться, как умею, — я протянул ей портрет, а она засмущалась, мило покраснела, и бросила на меня такой взгляд. Я даже пожалел, что со мной столько мужиков едет, которые не спускали с меня глаз.

Ну, ничего, доберусь до изнанки, оторвусь по полной. Я надеюсь. А художником быть, как оказалось, очень даже неплохо. Девчонки строят глазки, даже, если ты им прямо говоришь, что у тебя нет денег.

— Спасибо, — девушка очень аккуратно свернула лист и сунула его в карман фартучка. — Вы меня можете найти в соседнем купе,

если я вдруг понадоблюсь.