ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Испытание испытанием, но когда мои действия невольно затрагивают интересы рода, приходится привыкать к изменившимся условиям. Теперь маски будут сброшены, но всё равно я не откажусь от своего пути. Ведь я Демидов, и мы известны своим упрямством. Ну а если кто против — это уже его проблемы.

Сергей Измайлов, Андрей Ткачев Утро сегодня было не совсем обычным, нас с Матвеем в очередной раз удивил Арсений. Да тем, что пришёл на завтрак, хотя мы его не будили. Зная то, что он до поздней ночи сидит и ковыряется со своими артефактами, утром всегда давали ему подольше поспать и не трогали, плотно закрывая дверь в зал. Мы же не звери какие-то, а люди вполне понимающие. Так вот сегодня он вышел как по часам, бодр и весел, улыбается. — с подозрением спросил я, увидев цветущий вид парня, такого никогда не наблюдалось в полседьмого утра.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Полностью залечив раны Стасу, в том числе на лбу, переносице и теменной области, тут уже точно от чьих-то когтей, я перешёл к следующему парню. И едва я приступил, краем уха услышал голоса Василия Анатольевича и Олега Валерьевича. Видимо, их тоже выдернули из пульмонологии и отправили заниматься более важным делом.

Встретившись с Олегом Валерьевичем взглядом, я кивнул в знак приветствия, он ответил мне тем же, и мы продолжили дальше выполнять свои прямые обязанности с полной самоотдачей. Я заканчивал лечение последнего из ребят Стаса, когда их друг и командир открыл глаза, начал ощупывать себя, проверяя наличие ран, которых теперь не было.

— Слушай, Ваня, — сказал Стас, охрипшим голосом, и прокашлялся, очищая горло. — Ты, наверное, специально в Каменск приехал, чтобы меня постоянно спасать. Остальное всё так, чисто для виду.

— Да, — усмехнулся я. — А чтоб было кого спасать, я сначала сломал тебе колено. Прямо заговор настоящий.

Мы посмотрели друг другу в глаза и одновременно рассмеялись. Василий Анатольевич на меня злобно шикнул. Я бросил на него недовольный косой взгляд, но, с другой стороны, он сейчас как никогда был прав. Когда рядом столько людей страдают от боли в ранах, дружеские шутки пока не очень уместны.

— Ладно, дружище, — сказал Стас, похлопав меня по плечу. — Пойду на улицу, подождy, когда мои ребята в себя придут. Поболтаем потом.

— Договорились, — кивнул я ему, переходя к следующему раненому.

— Подожди-ка, — воскликнул вдруг Стас, сделав всего два шага в сторону коридора. — Ваня, этому совсем хреново!

Стас указывал на бойца, лежавшего на носилках, руки и ноги которого начали в этот момент сокращаться в конвульсиях. Множественные мелкие раны покрывали его буквально с ног до головы, и в каждой из них уже были видны признаки ведьминой гангрены. Судя по росту и комплекции, это был совсем молодой паренёк, я такого даже не пустил бы погулять и по окраине Аномалии.

Стас резко опустился рядом с парнем и попытался удержать ногу, в которой виднелась крупная рана, из которой торчал обломок большеберцовой кости. От резких движений из раны усилилось кровотечение.

— Ваня, да это же мой брат, — сдавленным голосом произнёс Стас, резко побледнев.

— Так отойди, — сказал я ему и положил руку на сердце парнишки.

Сердце билось слишком часто и неровно. Похоже, начались фибрилляции. Что делать с этим, я уже знаю, но сломанную ногу надо всё-таки успокоить. Для начала я остановил кровотечение.

— Всё-таки подержи его ногу, — сказал я Стасу, а сам начал вливать целительную энергию в область сердца, чтобы восстановить его работу.

Потом я крикнул первой попавшейся медсестре, чтобы принесла систему с капельницей.