Он не был красавцем, но его узкое лицо выглядело довольно привлекательно. Я сразу заметила сходство между ним и той, в чьем теле я сейчас находилась. Отец?
— Как ты себя чувствуешь, душенька? — мужчина поцеловал меня в лоб и присел на кровать. — Твоя мать обеспокоена. Она послала за доктором. Снова болит голова?
— Немного, — ответила я, чувствуя исходящий от мужчины приятный аромат. Нечто слегка хвойное, с примесью дорогого табака.
— Ничего, скоро все пройдет. Хочешь, я распоряжусь, чтобы Соня сходила в кондитерскую мадам Ровеню и купила твоих любимых эклеров?
— Очень хочу, — я не верила в происходящее. Похоже, эту малышку действительно любили и заботились о ней.
— Вот и прекрасно! А потом мы с тобой выйдем в сад и выпьем чаю на свежем воздухе, — мужчина взял меня за руки. — Я отложил все свои дела, чтобы побыть сегодня с тобой.
— Спасибо, — на моих глазах выступили слезы. В этот момент я остро почувствовала, как мне не хватает отца.
— Ну, ну, моя девочка… Не нужно плакать, — он обнял меня. — Ложись и попробуй уснуть.
Мужчина ушел, а я снова упала на подушки и блаженно улыбнулась. Нет, а ведь мне действительно повезло! И черт с ней, с прошлой жизнью! Да здравствует новая, счастливая!
Повернувшись набок, я чуть не закричала, увидев в окне круглое лицо с расплющенным носом и огромными глазами. Только через минуту до меня дошло, что это девушка. Она прижала нос к стеклу, а чересчур увеличивающие линзы очков делали ее взгляд совершенно безумным. Она постучала и что-то заговорила, показывая на ручку.
Поднявшись, я открыла створку, с удивлением наблюдая, как незнакомка вваливается в окно, пыхтя будто паровоз.
— Я чуть не упала с карниза, Адель! — проворчала она, выпрямляясь. — А это на минуточку, второй этаж!
Девица была удивительной внешности. Невысокая, кругленькая, с торчащими в разные стороны волосами цвета медной проволоки. У нее был вздернутый нос, усеянный веснушками, маленький ротик-бублик и огромные глаза цвета весенней травы. Под одним из них расплывался фиолетовый синяк идеально круглой формы. Линзы увеличивали их в несколько раз, делая и без того необычную внешность карикатурной. Незнакомка хлопнула длинными ресницами, порылась в декольте, выругалась совсем не по-девичьи, после чего протянула мне сложенный лист бумаги.
— Тебе Оскар передал записку. Наверное, снова хочет встретиться с тобой у пруда. Не понимаю как тебе может нравиться этот свечной фитиль! — девушка скривилась. — Не мой идеал.
Она плюхнулась в кресло, закинула ногу на ногу, после чего поинтересовалась, осторожно прикасаясь к синяку под глазом:
— Как ты себя чувствуешь? Я думала, ты Богу душу отдала, когда мы свалились с дерева.






