— Познакомившись с Кадзии Манако, я стала есть то, что она рекомендовала, это было неплохо, но в последнее время я начала осознавать свои предпочтения. Мне нравится, когда к сдержанному вкусу классических блюд добавляется какая-то изюминка — сладость, горчинка, кислинка… А еще мне по вкусу простые рецепты с небольшим количеством ингредиентов.
— Собственный стиль в кулинарии, да? — улыбнулся Синои. — Кстати, я прочел вашу статью о Манако. Отлично получилось. Взгляды Манако, ее образ мышления переданы очень точно, вы избрали хороший прием — писать от первого лица; и одновременно чувствуется, что все ее воспоминания тонкими нитями связаны с делом, которое вскоре будет пересматриваться в суде. Да и идея публикации частями удачна для еженедельника — интрига только подогревает интерес. Здесь тоже чувствуется ваша рука и ваш собственный стиль.
Рика изумленно подняла взгляд на Синои.
— Но Рэйко все равно готовит куда лучше меня, — невпопад сказала она.
— И это верно, — кивнул Синои, обмакивая спаржу в густой голландский соус.
— Рэйко такая спокойная, когда разговаривает с вами…
— Мне тоже с ней очень интересно. Она кажется прилежной и тихой, но на самом деле не без внутреннего огонька, и с ней всегда есть о чем поговорить. Рэйко умеет помочь собеседнику взглянуть на мир с разных сторон. И это при том, что сама она бывает очень категорична. Даже удивительно, как в ней все уживается.
Они обменялись понимающими улыбками. Рика окончательно поняла, почему он выбрал именно ее. У них сходились вкусы, поэтому и довериться друг другу им было легко.
— Да, верно. В юности Рэйко казалась мне ограниченной во взглядах, но потом я поняла — рядом с ней мир вокруг раскрывается во всей своей полноте.
В глазах защипало — Рика едва не прослезилась. Она долго ждала момента, когда сможет разделить с кем-то любовь к подруге. Чем больше времени Рика проводила с Рэйко, чем больше наслаждалась ее обществом, тем больше беспокоилась о том, что не сможет всегда быть рядом с ней. Ей хотелось, чтобы кто-то еще разглядел обаяние Рэйко, скрытое от беглого, поверхностного взгляда, и оценил его по достоинству. Рёске любил жизнерадостную Рэйко, Рэйко-оптимистку, но не видел ее надлома. Это, конечно же, не отменяло его нежных чувств, но саму Рэйко загоняло в угол. Поэтому Рика мечтала о том, что однажды найдется человек, который с улыбкой отметит чрезмерную порывистость Рэйко, ее во многом эгоистичное стремление сделать все самостоятельно, ее болезненное упорство, переходящее всякие разумные границы. Именно с улыбкой — без тени осуждения.
— Я сама не была замужем, и не очень в этом разбираюсь… Но мне кажется, брак становится только крепче, когда есть куда ненадолго сбежать. Совсем не в смысле интриги или измены.






