ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Журналистка Рика загорается идеей написать серию статей о Манако Кадзии — женщине, которую подозревают в вымогательстве и убийствах собственных поклонников. Она окружала мужчин заботой и любовью, кормила домашней едой, жила на их деньги… а потом они умирали. Но общественность удивляют не столько сами преступления, сколько внешность убийцы: ее полнота никак не вяжется с образом роковой содержанки. Журналистка хочет выяснить, в чем секрет Кадзии, почему ее любили мужчины, откуда у нее такая уверенность в себе?
Чтобы подступиться к загадочной преступнице, Рика просит у нее рецепт говяжьего рагу, которое один из убитых ел прямо перед смертью. В ответ женщина требует, чтобы Рика тоже начала готовить. Пытаясь втереться в доверие к Манако, журналистка не замечает, как сама оказывается в паутине манипуляций и лжи, постепенно теряя контроль над собственной жизнью…
История домохозяйки-убийцы, основанная на реальных событиях.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

 — С новосельем!

— А что, у вас даже стола нет? Да уж, самое то для приема гостей, — усмехнулся Китамура. Похоже, присутствие матери Рики его не слишком смущало.

На полу были разложены подушки, а Китамура расстелил посередине коврик для пикников. Комната сразу стала уютной. Рика достала раскладной столик.

— Прямо как на пикнике, — с улыбкой заметила мама. С Китамурой и Рёске она только что познакомилась, но разговаривала с ними просто и естественно, никто не ощущал никакой неловкости.

Рэйко выложила на бумажные тарелки булочки, которые принесла с собой.

Тут подошли и супруги Мидзусима с пятилетней дочкой Мики.

— Ух ты! Как вкусно пахнет! — едва переступив порог, восхищенно воскликнула девчушка.

За окном уже разгорался летний закат, а по всей квартире витал аромат горячего мяса — куда более насыщенный, чем у курицы.

Дожидаясь главного блюда, гости пили вино и соки, ели сыр и булочки Рэйко.

Пришла Юи с арбузом.

Рика почти не отрывалась от духовки, и Рэйко, словно умелый ассистент, принесла ей сок и сэндвичи.

Когда Рика снова открыла духовку, она поняла — это успех. Присев так, чтобы пока никто не видел индейку, она еще раз промазала ее соусом.

Последний гость — Синои — пришел, когда до готовности главного блюда оставалось пятнадцать минут. Он сказал в домофон:

— Я привел еще одного гостя… Это ничего? Простите, что так внезапно.

— Конечно, конечно! Так даже лучше, потому что рецепт рассчитан на десять человек.

Спутницей Синои оказалась высокая, длинноногая девушка в повседневной одежде — футболке и джинсах.

— Камияма Сая. Учусь в университете на третьем курсе.

В ушах, выглядывающих из-под короткой объемной стрижки, виднелись маленькие сережки какой-то причудливой формы. Образ подростка из рассказов Синои никак не вязался с обликом типичной студентки. Рика в замешательстве перевела взгляд на Синои. Он выглядел смущенным и неловко молчал.

Сая пояснила, не глядя на него:

— Мне отец про вас рассказал. А я всегда хотела попробовать запеченную индейку, вот и навязалась с ним… Я учусь на диетолога и немного понимаю в кулинарии — так что, если нужно чем-то помочь, я с радостью.

Значит, собственный опыт помог ей определиться со специальностью… Рика украдкой оглядела Саю на предмет нездоровой худобы, однако ничего такого не заметила — не слишком худая, не слишком полная. В широко распахнутых глазах читалось спокойствие с толикой печали, но густые черные брови придавали взгляду силу. На Синои она не очень походила: наверное, пошла в мать. А ведь совсем недавно, слушая рассказы Синои, Рика думала, что едва ли они с дочерью смогут вновь наладить отношения.

— Рада знакомству. Простите, что без приглашения… — добавила девушка.

— Матида Рика. Ваш отец часто выручает меня и многому научил.