— Ага… А вам не жаль тигров из этой истории? Не был ли сам Самбо и его семья слишком жестоки к ним?
— Если рассуждать с точки зрения естественного отбора — тут некого жалеть и некого винить. Тиграм ведь тоже нужна еда, чтобы жить, — рассуждая, Синои очищал стручки эдамамэ длинными худощавыми пальцами. — К тому же Самбо ничего плохого тиграм не сделал — они сами погибли. А масло, которое из них получилось, отец Самбо просто нашел, и никто даже не знал, из чего оно. Мир природы — он так и работает. Есть пищевые цепочки. Кто-то погибает или умирает, кто-то дальше живет, и обычно все зависит от чистой случайности. Эволюцию преподносят как что-то очень позитивное, но суть ее в том, что сильные выживают, а все остальные — погибают. Вот, например, средства массовой информации, что у нас, что в Америке, активно переходят в электронный формат, а бумажные издания отмирют… Чем не эволюция? Или естественный отбор, если хотите.
Естественный отбор. Слова эти закрутились у Рики в голове, как тигры, кружащие вокруг дерева. А Синои, глядя в тарелку, все тем же ровным тоном добавил:
— Кстати, вы знаете закрытый клуб La-VIE в Гиндзе? Говорят, кто-то видел, как его владелица расплачивалась на ресепшене в гинекологической клинике в районе Киоитё.
Рика решила углубиться в маленькие джунгли, куда он ее пригласил. Самое главное правило — поддерживать диалог, тщательно подбирая слова.
— Ого… Да, я слышала про нее. Она ведь не замужем?
— Не замужем, хотя настоящая красавица — в юности работала моделью.
— Наверное, и члены ее клуба — красавцы как на подбор.
В темных глазах Синои мелькнула искра.
— Оотани Томоми, не так давно он не сходил со страниц глянца, да и сейчас на слуху. Тоёхаси, ну, тот, который бейсболист. И еще…
Уголки губ Синои дрогнули, когда он назвал имя политика, который собирался участвовать в следующих парламентских выборах.
— Спасибо вам…
Рика никогда не получала от Синои сведения в открытой форме. Обычно это были тонкие намеки, вплетенные в дружескую беседу, — у Синои это получалось естественно и непринужденно. Познакомились они два года назад на новогоднем корпоративе — тогда Синои частенько просили написать что-нибудь для «Сюмэй». Он тогда сам неожиданно подсел к Рике. Помнится, она тогда удивилась, настолько Синои не совпадал со своим медийным образом. В
следующий раз они случайно встретились недалеко от дома некоего известного политика, члена парламента, вляпавшегося в некрасивую историю. Рика сама пригласила Синои выпить, так как надеялась получить от него немного информации о ходе расследования, и он привел ее в эту идзакая. С тех пор ее дела пошли в гору: она стала писать один сенсационный материал за другим.
— Не за что, я ведь ничего такого не сказал.






