ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Наемникам терять нечего — жизнь без щекочущих нервы приключений, без того, чтобы залезть в пасть самого дьявола, для них не жизнь. А если при этом дьявол — босс наркомафии и можно крепко насолить ему, разгромив базы-лаборатории по переработке наркотиков в дальневосточной тайге, то они будут крушить все преграды, драться с боевиками мафии, численно во много раз их превосходящими. Их травят, как диких зверей. Но они не дичь, они сами охотники. И мощное эхо их выстрелов заставляет врагов тревожно вздрагивать.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Плотный огонь не давал возможности поднять головы. Прячась за камни, Глеб пробирался в глубь гряды. Достигнув новой, заранее подготовленной позиции, он затаился.

Боевики перебежками, но уверенно приближались к валунам. Наблюдая за их действиями, Ванин отметил про себя, что в учебном лагере, организованном братьями Шаблиными, их кой-чему научили. Достигнув скал, они стали закрепляться, готовясь прикрыть остальных засевших в лесу. Один из боевиков высунулся из-за скалы больше, чем следовало, и ему тут же размозжило голову картечью. Остальные, спрятавшись за камни, палили в разные стороны. Ванин подал знак, и оставшиеся в его подчинении тридцать человек двинулись перебежками к гряде. Глядя вслед бегущим, он с усмешкой подумал: «Что, бычье, не по нраву настоящая война? Легче же изображать из себя крутых на разборках».

Вано Болонидзе, заняв новую позицию, поджидал, когда остальные боевики подойдут поближе. Выбрав наконец удобное время, он высунулся из-за скалы, вскинул ружье и дважды выстрелил, кто-то истерически закричал. Едва грузин снова нырнул за камни, как весь огонь был обрушен на него. Именно этого и ждал Кольцов. Выглянув из своего укрытия, он открыл огонь по ближайшим к нему боевикам. И снова стоны, крики. Наблюдая из леса за ходом боя, Николай Ванин отметил, что его боевики топчутся на одном месте, не пытаясь атаковать засевших наемников. Время шло, до полудня оставалось два часа, если он не поторопится, то придется передать командование этому вонючке Кулину. И если старший «зондеркомандовец» чего-то добьется до темноты, это будет означать, что ему, Николаю Ванину, конец. Босс не прощал подобных промахов.

Ванину очень не хотелось бежать через простреливаемую зону, но другого выхода не было. Набрав в легкие побольше воздуха, он подал знак своему последнему телохранителю, и они, мечась из стороны в сторону, бросились бежать в сторону гряды.

В эту минуту их увидел Глеб. Ружье в очередной раз больно отдало в плечо. Заряд картечи отрубил телохранителю ногу. Рухнув на землю, он выронил оружие и забился в припадке, крича от боли. Рядом с ним лежал Ванин, вжавшись в твердую пыльную землю и ожидая следующего выстрела. Ему казалось, что кричащий телохранитель навлечет погибель и на его голову. Дрожащей рукой он направил свой револьвер в сторону раненого и, уперев ствол тому в висок, судорожно нажал на курок. Из-за стрельбы вокруг выстрела малокалиберного револьвера никто не услышал, но крик сразу же прекратился. Держа перед собой оружие, Ванин по-пластунски пополз в сторону залегших боевиков. Он почувствовал себя в безопасности, лишь когда добрался до скал и укрылся за ними.

— Нужно обойти их, — сказал он одному из боевиков, исполнявшему обязанности старшего десятки.