ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Наемникам терять нечего — жизнь без щекочущих нервы приключений, без того, чтобы залезть в пасть самого дьявола, для них не жизнь. А если при этом дьявол — босс наркомафии и можно крепко насолить ему, разгромив базы-лаборатории по переработке наркотиков в дальневосточной тайге, то они будут крушить все преграды, драться с боевиками мафии, численно во много раз их превосходящими. Их травят, как диких зверей. Но они не дичь, они сами охотники. И мощное эхо их выстрелов заставляет врагов тревожно вздрагивать.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Не успели сесть, перед столиком появился официант, такой же лощеный, как и мэтр. Положив перед Клочковым меню в кожаной папке с золотым тиснением, вытянулся по стойке «смирно» в ожидании заказа.

Быстро пробежав глазами меню, Владимир Константинович распорядился:

— Триста граммов смородинового «Абсолюта», два салата из свежих овощей, мясное ассорти, две порции каспийской селедки с маслинами. На горячее две порции куропаток под соусом манго.

— Десерт заказывать будете? — не отрываясь от блокнота, спросил официант и тут же начал перечислять: — Пирожные, кофе, мороженое двенадцати видов, пудинг.

— Мне шоколадное мороженое, — распорядился Клочков и, посмотрев на спутника, спросил: — А тебе?

— А мне бутылку боржоми сейчас, а на десерт кофе и пару эклеров, — сказал Глеб.

Как только официант удалился, Клочков вынул из кармана пиджака длинную пачку сигарет «More», достал себе одну, предложил Глебу, тот отрицательно покачал головой.

— Нет, я курю более крепкие.

— А мне крепкие уже нельзя, врачи запретили. Балуюсь этой ерундой.

— Ты вообще, Володя, изменился. Водку так в графине, на закусь не отбивную или пельмени, а куропаток под соусом манго. Прямо лондонский денди. Небось уже и забыл, как в Кабуле разведенный спирт пили из алюминиевых кружек и заедали сухарями и маринованными огурцами из трехлитровой банки.

— Ни черта я не забыл, Глеб, — отмахнулся Клочков, с раздражением гася едва дотлевшую до трети сигарету. — Сильно жизнь изменилась. Раньше контрразведка в основном боролась со шпионами. Изредка брали за жопу контрабандистов, но то, как говорится, была проза. Главным же образом борьба с вражескими происками. Сейчас все наоборот, основная прерогатива контрразведки — борьба с организованной преступностью, транспортировкой и незаконным оборотом наркотиков и фальшивых дензнаков, а уже после всего идет борьба со шпионажем. Не поэтому ли сейчас сюда агентуру засылают со всего мира. Не то что американцы, евреи или европейцы — уже всякие гондурасы зачастили.

— А что ты на меня смотришь, — возмутился Глеб, — как будто я их должен ловить. Я, между прочим, частный сыщик и работаю с сугубо частными лицами и по договоренностям.

— Да ничего я к тебе не имею, — проговорил Клочков, — только хочу заметить, что шпионы сейчас для государства куда меньшее зло…

Тут с подносом появился официант, он быстро поставил на стол хрустальный графин с водкой, пиалы с салатом, блюдо с мясным ассорти, две маленькие селедочницы с филе селедки, обложенной кольцами репчатого лука и маслинами. Пожелав приятного аппетита, бесшумно удалился.

— Шпионаж куда меньшее зло хотя бы потому, что секретов сейчас и не осталось.