ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Дуплет из обреза, оборвавший жизнь неприметного человека, положил начало серии убийств. Следователь выходит на целую банду, среди членов которой ряд крупных городских чиновников. Неожиданно интересы следователя и интересы одного из убийц, который не ведает жалости и не признает никаких законов, совпадают.

Чуч с дубиною придет, Всем затылки Прошибет. Как водица талая Кровь польется алая. Детская песенка Часть первая Утреннее убийство Дождь начался сразу после полудня и продолжался до самого вечера, то затихая, то снова набирая силу. Иногда в тучах погромыхивало, где-то за городом вспыхивали молнии, потом вдруг над домами возникали голубые просветы, обещая ясный, тихий вечер. Но опять наплывали тучи и снова шел сильный упругий дождь. Дочиста вымытые булыжники блестели под вечерними фонарями, в асфальте отражались огни светофоров, витрины, окна домов.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Несмотря на жару, вода была холодной, и он с удовольствием погрузился в нее, продолжая смывать с себя несуществующую кровь. И чувствовал — становилось легче. Ключевая вода уносила пыль дорог, вонь разлитого бензина, запах преступления.

Продрогнув, Андрей вышел из воды и сел на солнце, чтобы согреться. Тихое течение воды, безопасные звуки деревенской жизни, нервотрепка последних дней... И он, положив голову на колени, задремал. А проснулся оттого, что кто-то положил ему руку на плечо. Андрей вздрогнул, поднял голову. Рядом с ним сидел следователь Пафнутьев.

— Привет, Андрюша, — сказал он. — Устал?

— Как... Откуда вы узнали...

— А! — Пафнутьев беззаботно махнул рукой. — Ты же сам попросил меня найти Свету... Подняли на ноги все... Ее отец вспомнил про эту деревеньку... А здесь уже мне показали на тебя... Вон, говорят, на речке купается... Свету нашел?

— В сарае спит.

— А что ж ты с ребятами так круто?

— Они всю ночь насиловали ее... А перед этим силой напоили... И при мне еще собирались... Вертолет, говорят, тебе покажем...

— Вертолет? — Пафнутьев, казалось, удивился. — Тогда ладно, тогда все правильно. Как же тебе удалось справиться с ними?

— У меня был пистолет.

— Где взял?

— Не помню...

— Ты что, сначала их перестрелял, а потом сжег?

— Нет... Они еще живы были... Я по яйцам стрелял.

— Надо же! — ужаснулся Пафнутьев. — Больно ведь!

— Я же не по своим.

— А, тогда ладно, тогда ничего... Послушай, — Пафнутьев положил руку на тощеватое плечо Андрея, — ты в самом деле должен был в меня стрелять?

— Да. Тогда, говорят, и Светку не тронем, и мать жива будет...

— А винтовка где?

— В сарае.

— А патроны?

— Патрон был только один.

— Почему был? Его уже нет?

— Использовал.

— Удачно?

— Не знаю... Кажется, да.

— Если имеешь в виду Заварзина, то удачно. Не сомневайся. А почему в меня не стрелял?

— Я бы тогда совсем завяз.

— Тоже верно... Значит девчонкой пожертвовал?

— Я не жертвовал. Я ее спрятал в другой квартире. Они как-то узнали... Обманом выманили и увезли. Я не знал. Я не стал бы ею жертвовать... Даже ради вас...

— Мог бы и выстрелить?

— А куда деваться... Светкой я бы не стал рисковать.

— Спасибо за откровенность.

— Пожалуйста... Чего уж там... Теперь-то уж все равно.

— Почему?

— На крючке я у вас. Похоже, на расстрел тяну... А?

— Да, примерно, — Пафнутьев, щурясь, смотрел на низкое закатное солнце. — Пахомов тоже на тебе?

— Они меня обманули. Я должен был только припугнуть... Заварзин заменил патроны. Были холостые, а он вставил с картечью. Я не знал. Я бы не пошел на это.

— А к ним как попал?

— Один из них предложил в мастерской поработать... Подгайцев. Зарплата приличная... Я согласился. Потом то, се... Мелкие поручения, должок... И так далее.

— Тяжелый случай... Пахомов, Заварзин... Теперь еще трое... Что-то ты разошелся...