Выглядело так, будто они все просто вдруг уснули.
Четверо, в том числе и сестра Клауса, завалились вперёд, уткнувшись лицами в столешницу, напоминая подобной позой пьяниц, сильно переборщивших с алкоголем. Старик Уолш мирно облокотился на одного из «пьяниц», и потому не упал на пол. Рядом с ним старпом немного сполз со стула и сидел теперь с запрокинутой к потолку головой.
А вот капитан оставался практически в таком же положении, что и за секунду до гибели. Руки скрещены на груди, а глаза открыты, и только совсем немного склонил голову набок.
Взгляд зацепился за рукоять револьвера, торчащего из набедренной кобуры. И я сразу вооружился. Обыскав карманы его куртки, удалось разжиться четырьмя снаряжёнными обоймами для быстрой перезарядки револьвера.
С доктором в роли главного злодея становилась понятна и неисправность, возникшая с медкапсулой.
Немного пораскинув мозгами, решил в первую очередь направиться на мостик. Скорее всего, док сейчас именно там уселся в кресле капитана, включил себе музыку и спокойно рассчитывает новый курс.
Он уверен, что всё, включая меня, мертвы, и поэтому Ши расслаблен. Но его ждёт весьма неприятный сюрприз, ведь я не только не умер, но и намерен отыскать доктора, чтобы прикончить.
Однако на деле сюрприз ожидал именно меня.
Уже через тридцать секунд за ближайшим поворотом коридора я наткнулся на дока. С гримасой боли на мёртвом лице он сидел на полу, облокотившись спиной на стену и сжимая левой рукой свой халат в области сердца.
Своей смертью доктор Ши напрочь сломал выстроенную мной логическую цепочку событий.
Но, с другой стороны, это навело меня на определённые мысли. И проверить свою догадку можно только на мостике, изучив бортовой журнал корабля. Заодно узнаю куда направляется корабль и сколько у меня осталось в запасе времени, чтобы решить, как действовать дальше.
Ведь если окажусь прав, то прежние договорённости с человеком из Синдиката станут не актуальны.
Мостик встретил непроницаемой чернотой. Мы летели с опущенными бронешторами, поэтому сквозь обзорные иллюминаторы не было видно ни единой звезды.
Только на пультах управления лениво мерцали тусклым светом различные индикаторы. В отсутствие людей в помещении, через определённое время система переходила в спящий режим, и освещение полностью отключалось.
Из-за света, проникающего из коридора, в глубине рубки стал различим массивный силуэт капитанского кресла.
Стоило мне переступить порог и ожил огромный панорамный экран. Множество наружных камер, установленных на носу корабля, сформировали со всего потока и вывели передо мной единую картинку.
Только мириады звёзд в бескрайней пустоте космоса.
Значит, мы ещё никуда не прилетели, и время есть.






