Джак же только мне позволяет к нему приближаться! — задрав нос объяснил им.
— Чего?! — выкрикнул третий, чуть не подавившись бухлом, — две тыщи сисек? Твою мать, да нам батрачить на них почти три года!
— Пацан, а деньги ты уже получил? — Шуруп улыбнулся, и улыбка его была искренней. Оно и не удивительно, речь же идёт о деньгах.
— Получил, но все мои деньги Грегор будет хранить у себя. Ни копейки мне не даст до четырнадцати, — с наигранной досадой ответил ему.
Как и ожидалось, его интерес моментально испарился. До денег же не добраться.
— Слыш, — вмешался толстяк, — а если ему две тыщи дали за то, чтоб он шкуру достал, то сколько стоит сама шкура?
О, этот вопрос я и ждал.
— Понятия не имею, но Грегор сказал, что за такие деньги можно судно лучше нашего приобрести, — несмотря на преувеличение я старался выглядеть убедительным, и у меня это получилось.
— Охренеть! — не выдержал Шуруп, — такие бабки за какую-то шкуру?
— Конечно! Из неё делают один из самых редких доспехов. Грегор говорил, что даже на маленький кусочек, — я поднял руку и почти сомкнул большой и указательный палец, показывая им действительно крошеный размер, — можно прожить целый год, а то и несколько, смотря как деньги тратить.
От услышанного у толстяка задрожали руки, а на лбу выступил едва заметный пот. Вся троица голодным взглядом уставилась на меня, затем на Шурупа.
— Парень, — истерично засмеялся тот, — а шкуру-то, я надеюсь, хорошо охраняют?
— А зачем её охранять? Грегор сказал, что все свои, — я посмотрел на него, как на идиота.
— Чтоб Грегор и так сказал? — задумчиво потёр
подбородок Шуруп.
— Ага! Он считает, что прятать самое ценное нужно у всех на виду. Поставь вокруг шкуры охрану и всякие датчики, то ею непременно заинтересуются. А так, никто даже и не догадывается о её ценности, — продолжал я делать вид, что выбалтываю секреты, как свойственно глупым и непосредственным детям.
— Хм. Раз так, то где они её хранят? Не на палубе же, — поинтересовался самый молчаливый из трёх.
— Скорее всего в оружейной, туда без отпечатка пальца не пройти, — предположил толстяк.
— В хранилище у Фроста! — этот ответ заставил всю троицу снова уставиться на меня, — видимо Грегор и его в долю возьмёт. Завтра мы прибудем на другой осколок, там её и продадут.
Пока придурки переглядывались и переваривали полученную от меня информацию, я вдоволь успел насладиться закусками на их столе. Когда есть уже стало нечего, я встал со стула и с небольшим волнением сказал:
— Мужики, только никому не рассказывайте, ладно?
— Конечно, парень, конечно! И это, ты если ещё что-то узнаешь, то рассказывай нам. Мы же друзья? — Шуруп натянул на себя улыбку Джокера.
— Замётано! — напоследок бросил я.






