ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Что делать в новом мире, в котором люди стремятся к возвышению и бессмертию — человеку, скажем прямо, не обладающему особыми талантами? Конечно же применять то, что есть, в доставшемся по наследству теле, по счастливой случайности подрабатывающего на своего дядюшку — мастера рун.
Правда, есть проблемка: долг в 17 серебряных монет за разбитый заказ для стражи, бандиты на улицах, ютящееся на задворках сознание бывшего владельца тела и непонимание происходящего.
Но шанс на возвышение есть. Нужно всего лишь освоить искусство начертания рун, чтобы встать на дорогу силы и достичь бессмертия.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мясник поднял взгляд, вытер руки о фартук.

— Колбасы, — сказал я, выкладывая четыре медяка. — Сколько дадите.

Он глянул на монеты, усмехнулся.

— Щедро. Ладно, не обижу.

Он снял с крюка

круглую скрученную палку колбасы — копчёную, тёмную, пахнущую специями и дымом. Отрезал кусок длиной с три ладони, завернул в промасленную бумагу.

— Держи. Хорошая, вчера доделал.

Я взял колбасу, развернулся и направился к выходу.

— Эй, парень, — окликнул меня мясник, в отличие от наёмного продавца в пекарне, он сам был хозяином магазина и дома над ним.

Я обернулся.

— Мастер Валериус сегодня дома?

— Да, господин, только проснулся.

— Скажи, пусть заходит к вечеру, Мика вернулся, привез несколько бочонков, я ему оставил.

— Хорошо.

Он махнул рукой отпуская меня, и я вышел на улицу. Колбаса, огромная весом, наверное, килограмма полтора, вместе с горячим хлебом пахла так умопомрачительно, что дальше слушать разговоры я уже не мог и припустил бегом до дома мастера, переживая что сейчас по дороге сожру всё что несу в руках.

Когда я вернулся в мастерскую, Валериус сидел за своим рабочим столом, перебирая мои вчерашние таблички. Он поднял взгляд, оценил покупки, и отправил на кухню.

— Клади на стол.

Я выложил хлеб и колбасу и сел скромно на лавку, дожидаясь старшего. Правила нужно соблюдать. Мастер неспеша вернулся за кухонный стол и молча разломил булку пополам, отрезал толстый ломоть колбасы, протянул мне. Я взял, сел напротив.

— Будь благословенен к нам Игнис. — начал мастер неторопливо, и я вторил его словам. — Благословенна к нам Теера, добра к нам Акна и равнодушен Венату к делам нашим. Дары принимаем щедро, отдаем щедро и четверо тому свидетели.

— И четверо тому свидетели. — проговорил я и вслед за мастером приступил к еде.

Боги богов! Что это был за пир! Такого вкусного хлеба и столь невероятной колбасы я не ел никогда в жизни. Правда, чай мне пить не полагалось — слишком дорогой, и я довольствовался кипятком с заваренной ромашкой. Но всё равно это было невероятно вкусно и питательно!

Я наслаждался буквально каждым куском и при это насытился очень быстро, заодно подмечая, что оставшегося куска колбасы и хлеба. что выделил мне дядя, хватит как минимум еще и на вечер.

Мастер сам ел мало, неторопливо, недовольно посматривая на свинтуса-племянника, но не говоря ни слова. Закончил он вместе со мной.

— Ну что же. — сказал он наконец. — Приятное дело сделано, теперь и поговорим.

Я проглотил последний кусок хлеба, который чуть комом в горле не стал от слов мастера и кивнул, напрягаясь.

Валериус поднялся, прошёл к своему столу, где рассматривал мои таблички, и взял несколько из них. Вернулся, положил на стол между нами. Его пальцы скользнули по поверхности глины. Словно изучая их. Как по мне они идеальны.