Там же был и Эрос, единственный из слуг, кто остался с поверженным властелином, все остальные слуги его покинули.
– Мой благородный повелитель Антоний, – сказал я. – Царица Египта прощается с тобой. Царица умерла, приняв смерть от своей руки.
– Умерла? Умерла! – прошептал он. – Может ли быть такое? Неужели это воплощение красоты теперь стало пищей для червей? О, какая это была женщина! Даже сейчас мое сердце рвется к ней! И неужели она в последний миг все же превзошла меня? Того, чье величие некогда не имело себе равных во всем мире? Неужели я пал так низко, что у женщины оказалось больше силы духа, и она в своем царственном величии первой отправилась туда, куда боюсь пойти я? Эрос, ты с детства со мной. Помнишь ли ты, как я нашел тебя умирающего в пустыне и возвысил, дав место и богатство? Отплати мне добром за добро, спаси меня. Возьми свой меч и положи конец мучениям Антония.
– О повелитель, – вскричал грек. – Я не могу этого сделать! Вправе ли я отнять жизнь у богоподобного Антония?
– Не возражай ни слова, Эрос. В этот решающий час я отдаю свою судьбу в твои руки. Исполни мою просьбу или оставь меня. Я больше не хочу тебя видеть, предатель!
Тогда Эрос выхватил свой меч, Антоний опустился перед ним на колени и обнажил грудь, подняв глаза к небу. Но в следующий миг Эрос с криком: «Я не могу! Не могу!» пронзил мечом собственное сердце и рухнул на пол мертвый.
Антоний медленно поднялся и посмотрел на слугу.
– Что ж, ты поступил благородно, Эрос, – тихо произнес он. – Ты оказался достойнее меня и преподал мне хороший урок! – Он опустился на колени и поцеловал слугу.
А потом, стремительно поднявшись, выдернул меч из груди Эроса, вонзил его себе в живот и со стоном упал на ложе.
– О Олимпий, – вскричал он. – Я не вынесу этой боли! Покончи со мной, Олимпий!
Но мною овладела жалость, и я не смог этого сделать.
Я осторожно вытащил из него меч, остановил хлещущую кровь и приказал людям, которые начали собираться в зале, чтобы увидеть, как будет умирать Антоний, привезти Атуа из моего дома у дворцовых ворот. Вскоре она пришла и принесла с собой целебные травы и животворные снадобья. Я дал их Антонию и велел ей со всей скоростью, на какую способны ее старые ноги, идти к Клеопатре в мавзолей и поведать ей о состоянии Антония.
Она отправилась и, вернувшись в скором времени, рассказала, что царица еще жива и велит принести к ней Антония, чтобы он умер в ее объятиях. Вместе с Атуа пришел Диомед. Когда Антоний услышал ответ Клеопатры, к нему вернулись силы – так страстно ему хотелось еще раз увидеть ее лицо. Я позвал рабов, которые, выглядывая из-за занавесей и колонн, с любопытством смотрели, как умирает этот великий человек, и мы вместе с большим трудом бережно отнесли его к мавзолею.






