Немного посидев, «черный» встал и подошел к командиру корабля.
- Капитан, я иду с вами. - и щелкнул пальцами, - Готовьте корабль к вылету. Старт через двадцать минут.
Капитан, моргнув, словно очнулся, и только молча кивнул, дублируя приказ по сети. «Очнулись» и все остальные, перестав стоять, как истуканы. Вот только лица оставались будто каменные.
А Кот... А Коту было уже привычно сохранять невозмутимость. В ушах слегка гудело, но большого беспокойства это гудение не доставляло.
«Как будто он тут, но не с нами» - как сказал недавно один из его сослуживцев.
Странная ситуация.
Кот невозмутимо лежал на своей койке, переваривая накопленную информацию. Вот уже третий час, как корабль находился в прыжке. Далеко прыгнули, очень далеко, почти на пределе. Странно. Ведь «черный» говорил, что будем перехватывать похитителей здесь, на месте. Все странно. И то, что задумало командование, и поведение окружающих.
Конечно, планов командования он не знал, но вот люди... Все вели себя так, как будто находились в обычном пространстве. Перешучивались, смеялись, мол, давно не было такой тихого и спокойного ожидания... Да даже сам момент прыжка все стойко перенесли на ногах, а не как положено - в горизонтальном положении! Все были твердо уверены, что корабль торчит в той же системе и прячется где-то за какой-то луной или в поле астероидов, поджидая обещанный конвой!
Странно.
Сержант поднялся и побрел в туалет. Приспичило.
А еще люди вели себя так, будто что-то их роднило. Так, будто они давным-давно друг друга знают, и отношения стали дружескими настолько, что прощалось очень многое. Даже обычные в последнее время перепалки между «штатными» штурмовиками безопасников и «пришлыми» штрафниками снизили свой накал. Люди ругались будто бы по привычке, не доводя ситуацию до драк, которые, вопреки всем запретам, раньше, бывало, случались. Ругались яростно и самозабвенно, высказывая, просто вываливая на оппонента то, что накопилось у них в душе за время этого изматывающего похода. Сжимали кулаки, напружинивались... и расходились. Да что там говорить! Даже Коту, со всей его отстраненностью, пару раз приходилось через силу сдерживаться, чтобы не вцепиться обидчику в глотку, а остальные, до этого не замеченные в любви к ближнему, как бы пропускали все мимо ушей... или мимо сознания. Раньше и четверти высказанного людьми хватило бы для серьезной потасовки, ведь и с одной, и с другой стороны находились солдаты, не раз глядевшие в глаза смерти. А сейчас - расходились, будто забывая услышанные оскорбления.
Вот и сейчас, проходя мимо нескольких солдат, Кот услышал такое, за что тот же Сторм сразу же дал бы по морде. Но, вот ведь... это раньше, а сейчас - ничего!
Очень странно.
Люди вели себя будто машины. Одушевленные, но машины.






